– Просто я уже закончила, – сказала Энджи. – И мне всё равно нечем заняться.

– Но как? Когда? – выдавила из себя поражённая Лилиан. – Я со своим ещё даже не начала…

– Возможно, я просто не отвлекалась на то, чтобы посмотреть, как там дела у мальчиков? – Энджи по-дружески улыбнулась, давая понять, что не пытается подковырнуть Лилиан, а лишь констатирует факт.

Невеста Ярика ещё гуще залилась краской.

– Ну, так что, разрешишь глянуть? – спросила Энджи.

Лилиан приподняла руки, и создательница изумрудного платья забрала куски материи с колен девушки.

– Это не платье.

– Ага, я вижу, – сказала Энджи, – это кимоно.

– Что?

– Это что-то типа спортивного халата. Странно, что тебе это досталось. На Галилео такими уже не пользуются.

– И как быть? – спросила Лилиан.

– Очень просто. Это вот сюда, затем это пришиваешь к этому, а затем вот тут, плюс здесь прихвати. Ага?

– Да, сейчас… Ох, блин, как просто! Но откуда? Откуда ты столько знаешь?

– Да я в прошлых играх участвовала, – сказала Энджи.

– В играх?

– Ну, в смысле, в Испытаниях. Дело не в этом. В том году мальчиков было крайне мало, да и те все разошлись по добровольным парам. Мне самого завалящего не досталось. – Она задорно улыбнулась и подмигнула Лилиан. – Редкое явление, я знаю, но так уж вышло. У меня было два варианта: либо не участвовать в этом году в иг… в тестах, и оказаться на последнем месте в приоритетах на пару, либо участвовать второй раз и быть замеченной кем-то. Мы же тут все друг у друга на глазах.

Последнюю фразу Энджи произнесла с глубокой задумчивостью.

Лилиан подняла глаза от уже почти готового кимоно и увидела, что её нечаянная помощница смотрит куда-то вдаль. Проследив за её взглядом, (чего там у парней?) она поняла, что Энджи глядит на Ярика и Макса. На кого из них именно, не ясно.

Отступившая было тревога, вновь появилась в глубине живота и тянулась к горлу, словно пытаясь задушить девушку. Но природа этого смутного чувства крылась не в бессилии, как это было раньше, а в чём-то совершенно ином, ещё не познанном Лилиан. В чём-то таком, что ещё только предстоит ощутить и пропустить сквозь себя.

– Понятно, – произнесла Лилиан, глядя на Энджи, а когда та повернулась к ней, отвела взгляд, не в силах смотреть в глаза.

Тут-то она и увидела, что Обри и несколько других девчонок неодобрительно косятся на них с Энджи. Вспомнила про угрозы не замечать её – Лилиан – впоследствии, если она вдруг продолжит общаться с этой таинственной и почему-то столь ненавистной другими девушкой. Впрочем, сейчас ей и самой хотелось дистанцироваться от этой скорой на руку красавицы. Тревога, ещё не оформленная ни во что конкретно, продолжала тянуться к горлу.

Оторвавшись от мыслей, Лилиан поняла, что закончила с шитьём. Её пальцы тоже были весьма проворны, если она отчётливо понимала, что делает. Тогда она вновь взглянула в сторону (чего там у парней?) своего жениха. Увидела она странное: Макс и Ярик крутились возле полного мальчика, которого она никогда не встречала, и что-то мастерили.

Ярик снова почувствовал её взгляд и обернулся. И на один-единственный дикий миг Лилиан показалось, что смотрит он не на неё, а на Энджи. Наконец-то смутная темень внутри сформировалась. Девушка поняла, откуда тревога в груди и странная горечь во рту.

Энджи тоже смотрела в ту сторону. Тогда Лилиан помахала Ярику рукой. Тот помахал в ответ.

Объявили о конце Испытания. Теперь вся вешалка была забита готовыми изделиями, поэтому платье Энджи уже не выделялось так, как когда висело одно. Зато кимоно Лилиан выгодно красовалось на правом краю приспособления.

Орги, среди которых было две женщины, стали пересматривать то, что сшили участницы. Практически каждое второе изделие подвергалось осмеянию, потому что было сшито вкривь и вкось. Девушки, сотворившие это, краснели, отводили глаза, растирали слёзы по лицу, чертили ножками что-то на земле и прочими жестами давали понять, что всё это вышло случайно, как бы само собой. Да и орги, хоть и смеялись, всё же засчитали даже напрочь перекошенное платье Обри.

Зато, когда дело дошло до переливающегося в лучах солнца изумрудного платья Энджи, все ахнули. Его долго показывали, чтобы все могли увидеть, какое оно совершенное.

– Вот, что должно было получиться у каждой из вас, – сказала женщина из оргов.

– Вы ей подыгрываете, – выкрикнула вдруг Обри.

– Да, – поддержала её незнакомая Лилиан девушка, – и самый хороший материал ей дали.

В толпе участниц послышалось роптание.

– Это не так, – голос женщины из оргов звенел, как натянутая тетива лука. – У тебя, – она указала прямо на Обри, – материал был вдвое дороже.