***

Спустя пять минул Соломов вернулся в гостиную.

— Ионов, я тебя пристрелю, — заявил он товарищу, который по-прежнему сидел в кресле с отсутствующим видом.

— Не забудь хорошо прицелиться, — равнодушно отрезал Матвей. Только выступившие желваки на скулах говорили о скрытых эмоциях.

— Ася и так нервничает, а тут ты…

— Стоп, брат! — Матвей вскинул руку. — Вот на этом моменте поподробнее. Какое отношение я имею к истерикам твоей родственницы?

Алексей раздраженно поджал губы и вернулся на диван.

— Налей ещё. А лучше — неси всю бутылку.

— Ты же собирался ванную принять.

Соломов махнул рукой.

— Обойдусь. Сейчас обсохну. Камин включишь?

— Он не электрический. Сам разожги.

— Тогда с тебя ещё закуска.

— Не много ли хочешь, Соломов?

— В самый аккурат.

Кряхтя, точно старик, Алексей поднялся и направился к камину, а Матвей пошёл на кухню. Достал из холодильника лимон и копченое мясо. Нарезал тонкими ломтиками. Посмотрел в сторону жаркого, приготовленного утром. Ладно, поужинают, когда Ася спустится вниз. Если у неё и в самом деле сильная алкогольная интоксикация, поужинать ей точно не помешает.

Когда он вернулся, дрова в камине уже приветливо потрескивали, а коньяк был разлит.

— Оперативно ты, — заметил Матвей, ставя тарелки на столик.

— Будешь тут шустрым.

Мужчины, не чокаясь, выпили. Поставили стаканы на поднос и встретились взглядами.

— Ну и? — спросил Алексей, тяжело вздыхая.

— Что конкретно ты от меня хочешь.

— Во! Это я понимаю, другой разговор!

— Не спеши радоваться. Я ещё не дал согласия, — Матвей врал, но врал убедительно — ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Давай, я тебе быстро расскажу предысторию?

— Валяй, — согласился Матвей, снова наполняя стаканы.

— Если коротко, то она звучит так. Мать Аси…

— Давай очень коротко.

— Черт побери, Ионов…

— Еще короче, — мужчина был неприступен.

— Ок. Асе было восемнадцать, когда она помогла нашему Центру поймать одного ублюдка. В их городке пропал мальчишка, подросток двенадцати лет. Нашли, как сам понимаешь, уже труп, причем со следами насилия и издевательств. Ася сама позвонила мне и попросила приехать. На вопрос, откуда она узнала мой номер, ответила — увидела. Я, помню, тогда ещё подумал: "О! Наш клиент!" Едва ли руки не потирал в предвкушении. Откуда мне было знать, что встречусь с нервным подростком, который долгие годы страдал от собственного дара? Это я сейчас про Асю.

— Я понял. А где я был? Почему не помню этот случай? — уточнил Матвей, хмурясь сильнее.

— В Индонезии. Командировка на полгода. Местные шаманы-колдуны.

Ионов сдержанно кивнул. Да, та командировка была жаркой.

— Дальше.

— Так я познакомился с Асей. Девочка оказалась очень способной, с большим потенциалом. Смогла восстановить ход событий, подержав в руках личные вещи жертвы. В подробностях описала убийцу. Благодаря этому мы взяли его через неделю. Потом выяснилось, что на нем еще три изнасилования. И он весьма уважаемый человек, директор музыкальной школы, мать вашу! Удавил бы гада собственными руками.

— На этом история не кончилась, — сухо констатировал Ионов.

Алексей покачал головой.

— Нет. Его признали невменяемым и отправили на принудительное лечение. Гуманный у нас суд, что тут скажешь. Больничная койка это тебе не тюремная камера, да и на зоне он вряд ли бы долго прожил… Сам знаешь, как там к педофилам относятся…

Эффектная пауза.

— Хочешь сказать, тюльпаны это его рук дело? — медленно произнес Матвей, не спуская с товарища внимательного взгляда.

— Уверен.

— Интересно. И каким образом?

— Этого я не знаю. По документам, он на лечении в психиатрической клинике тюремного типа. Свидания с ним запрещены, передачи тоже.

— Соломов… — в голосе Матвея послышалось предупреждение.

— Я пытался связаться с лечащим врачом, но по телефону это не удалось, а ехать туда и все выяснять, у меня нет времени.

— О как.

— Да! — Алексей повысил голос и от накативших чувств ударил раскрытой ладонью по подлокотнику. — Этот гад, когда парни его оприходовали, угрожал Асе. Сказал, что найдет ее. Тогда я и внимания на это не обратил, не он первый, не он последний. Сталкивались сотню раз. Но! Две недели назад Асю начали беспокоить кошмары. Потом непонятные звонки на ее мобильный и городской. Кто-то звонил среди ночи, молчал и дышал в трубку. Она сменила SIM-карту и оператора, теперь ее номер знаю только я. Но на этом дело не закончилось. Появились записки. Причем, в самых неожиданных местах, а теперь, вот… цветы, — мужчина кивнул в сторону измятых тюльпанов. — Я уверен, он на свободе.

Ионов напрягся:

— Интересно, как цветы попали в багажник твоей машины? Думаешь, он следит за вами?

— Скорее всего. Брат, ты даже не представляешь… — Алексей не договорил, поморщился. — И моя командировка совсем некстати!

— Отказаться не можешь?

— Нет. В Центре ничего не меняется. Матвей, вся надежда на тебя. Не могу я отдать Асю нашим парням. Всё равно дергаться буду. Хочу, чтобы она под твоим присмотром была.

— Мне не нравится твоя идея.

— А мне не нравится, что не знаю, где этот долбаный педофил-убийца! От тюряги, сука, открестился, под дурочка закосил! Вот что вдвойне напрягает, — Алексей нервно провел ладонью по коротким всё ещё влажным волосам. — Матвей, выручай.