Когда моя кожа раскраснелась и стала покалывать, я наконец-то выпустила мочалку из рук. Внезапный прилив сил так же внезапно отступил, и я снова ощутила полное бессилие и сонливость. Я откинула голову на бортик ванной и тяжело вздохнув, прикрыла глаза. Горячая вода успокаивала кожу, а приятный аромат лаванды, которым пахло мыло, успокаивал встревоженное сознание. Я думала о своей жизни, о том, какой бы она могла быть, если бы я не оказалась в борделе. Затем мысли отнесли меня к смутным воспоминаниям о детстве и приятно пахнущим материнским рукам. Мама часто увлажняла свои утонченные ручки кремом с ромашкой и медом. Потрясающий был запах.

Плавно я стала погружаться в сон, сама не замечая этого. Перед глазами мелькали различные яркие образы и звуки, похожие на пение птиц. Затем эти песни заглушил непонятный глухой шум, словно гладь воды отгораживает тебя от реальности. Ты слышишь, что происходит на поверхности, но отдаленно и нечетко. Моя голова соскользнула с мраморного бортика и погрузилась в пенную воду, окрашенную мутно-красной кровью.

— Мотылек! — встревоженный голос прозвучал надо мной и через пару секунд крепкие руки одним резким движением вытащили меня из воды.

Я стала кашлять, фыркать и судорожно дышать, пытаясь освободить свои легкие от воды. В голове все смешалось, и я не сразу поняла, что по неосторожности уснула в заполненной ванне. Казалось, что я закрыла глаза всего лишь на мгновение, а в действительности времени прошло гораздо больше.

Протерев глаза руками, я часто заморгала, ощущая, что из-за пены они стали сильно жечь. Умывшись, я поглядела на Калэба и в сердце у меня тут же что-то больно кольнуло. Что это было? Не знаю. Калэб стоял передо мной, одетый в пижаму с изображением Супермена, и весь дрожал. Его глаза наполнились слезами, а лицо исказила гримаса настоящего испуга. Я поняла, что Калэб находился на грани того, чтобы разрыдаться.

— Что с тобой? — тихо спросила я.

— Ты чуть не захлебнулась, — сдавленно ответил он, и я увидела, как по его щеке скользнула крупная прозрачная горошина — слеза. — Я испугался, — нижняя губа Калэба затряслась, и он шмыгнул носом.

— Прости, я не хотела тебя напугать, — мягко проговорила я. — Это случайно получилось и если бы не ты, то я точно бы утонула в ванне.

— Я очень испугался, — повторил Калэб и, натянув рукава пижамы до самых пальцев, принялся быстро-быстро вытирать слезы, сейчас он был похож на ребенка, как никогда прежде. Я ощутила острый укол вины за то, что заставила Калэба волноваться.

— Подашь мне футболку? — спросила я.

— Лучше возьми полотенце и пижаму с Дианой.

Я поднялась и, стиснув зубы, от пронзительной боли внизу живота, покинула ванну. Еще больше пугать Калэба я не хотела, поэтому молча терпела ту боль, что мне нанес Лерой. Надев пижаму, я спустила воду, а волосы закутала в полотенце.

— Как ты вообще здесь оказался? — поинтересовалась я, сгребая вещи в охапку.

— Я слышал, как Лерри вернулся к себе в спальню и решил, что теперь могу выйти из своей комнаты. Ты пообещала, что придешь ко мне, но тебя не было, и я сам пошел искать. Увидел свет в ванной, заглянул, а ты под водой, вот так все и получилось, — Калэб тяжко вздохнул, и я заметила, что на его глазах вновь заблестели слезы.

— Не расстраивайся, — я подошла к нему и крепко обняла одну рукой, так как второй держала вещи. Я чувствовала себя матерью, которая сейчас стоит и утишает своего ребенка. Калэб выглядел таким беззащитным и подавленным, что мне и самой стало грустно. — Идем со мной в комнату.

Раскладывая вещи, я морщилась всякий раз, когда непроизвольно делала резкое движение. Надеюсь, это дрянь быстро пройдет со мной, иначе я выцарапаю Лерою все глаза за то, что он со мной сотворил.

— Это что? Моя футболка, которую я тебе подарил? — Калэб взял в руки разорванную вещь и с удивлением стал рассматривать ее.

— Ага, — тихо ответила я. — Твой брат порвал футболку. Она мне так нравилась. Конечно, ее можно попытаться зашить, но рисунок уже будет не тот.

— Завтра поедем в магазин, и я куплю тебе много-много красивых вещей, — заявил Калэб неодобрительным взглядом, смотря на безнадежно испорченную футболку.

Я ничего не ответила и, подойдя к кровати, подняла подушку, под которой лежала сигарета. А я уже и забыла о ней, потребность сделать несколько затяжек ворвалась в мою кровь, словно яд.

— Хочу покурить, — я взяла сигарету и спички.

— Лерой не терпит сигаретный дым, — предостерегающе заявил Калэб, наконец, оставив футболку в покое.

— Плевать. Хочешь, можешь подождать меня здесь. Я быстренько покурю и вернусь.

— Нет, — решительно ответил мой друг. — Я пойду с тобой, люблю нарушать правила, — он задорно хихикнул. — Лерри никому не позволяет курить в доме, а еще держит от меня алкоголь на замке. Помню, я все-таки раздобыл бутылку какой-то зеленоватой жидкости и даже отпил чуть-чуть. В голову ударило так, что мало не покажется. Мы тогда еще поехали выбирать Лерри новую подружку. Я пытался выглядеть как он, весь такой серьезный и бла-бла-бла, но кажется, плохо получилось.