Я дёрнул за стик на джойстике. Пролез через навес из шкур. Выходя из общинного дома, несколько раз запутался в четырёх лапах и плюхнулся на пузо. Почувствовал что-то вроде кошачьей эмоции, обозначающей, что я «неуклюжее чмо».

«Да пошел ты», — огрызнулся я. — «На четырех лапах все могут. Ты попробуй на двух.»

Я проскользнул во двор. Прыжок! Зацепился когтями за сруб, залез на крышу.

«Ха! Видел, да?!»

Блюм вроде как фыркнул, но я до конца не понял. Очень уж примитивные эмоции.

Осмотрел свои владения. Вечерело. Орки работали, но уже не так активно. Чувствовалась их подавленность и подступающее отчаяние. Дети не играли и не смеялись. Все были погружены в свои дела, молчали.

Это не тот Серп, который мне нужен. Слишком мало радости в нем. А я люблю радость. Поглощать ее и пополнять свой сосуд. Му-ха-ха!

Что это?! Уши услышали мышь в кустах. Ага, думаешь спрячешься от меня? Адреналин! Азарт! Охота! Стик вверх, стик вниз, кнопка «А».

Прыг-скок и юркий я спрыгнул с крыши. В два прыжка оказался у кустов, зажав мышь в когтистых лапах.

Я сглотнул подступившую слюну предвкушения.

«Э-э-э, пожалуй, к такому я еще не готов».

С чувством голодного сожаления я отпустил визжащую полевку.

Принюхался… Ух, бедный Блюмыч. И тебе приходится жить в такой вони?

Я заметил Каю. Миловидная и стройная даже с животиком. Обтянулась странными чулками, да завязочками. Вон как гномы посматривают. Им, в отличии от орков, такие нравятся. Недолго думая, я прыгнул девушке на плечо и… промазал, перелетев через нее, мызнувшись мордой в траву.

— Ой, Блюм, — удивилась Кая. — Чего это с тобой?

«Очень смешно» — поморщился я в ответ на эмоции котоящера.

Попытка номер два, и я успешно уселся девушке на плечико, заглянул между грудями. Какой хороший обзор.

— Мяугк! — нажал я «Х».

Она улыбнулась, почесала меня за ухом. Как приятно-то. Хочу еще.

Несмотря на свое положение, Кая работала наравне со всеми. Таскала воду из речки. Понятно, значит у орков не бывает «декретных отпусков».

— Багец! Шикорд! — послышались крики со стены. — Вернулись! Открыть ворота!

Отряд, отправленный в Мурьяки, вернулся с ценным грузом. У нас пополнился запас продовольствия и инструментов. Притащили даже наковальню. Гномы Бори и Гурон чуть не расцеловали орка, взвалившего на себя такую ношу. Шикорд довольно сиял, подгоняя двух бурёнок.

Лагерь немного ожил. Букль и орочьи женщины накрыли на стол, но уже не так пышно, как при моем возвращении.

— Аши там не было, значитсо, — вздохнул Шикорд, откусывая кусок печеного топинамбура. — Я поспрашивал у деревенской стражи, в кабаках и на улицах. Эльфы-то носы воротили от меня, значитсо. Но кое-чего узнать-то я узнал. Вот-с.

Человек рассказал, что небольшой табун кентавров наведался в поселение сразу после набега. Только они опоздали. Эльфы Астарии уже перебили орков и освободили Мурьяки. Многие удивились, зачем бы это кентаврам спасать поселение людей.

— Значитсо, стойло этих, как их, лошадей, — продолжил Шикард, — никто не знает где. Но поговаривали, что они приходили на какие-то, как их, горячие, значитсо, воды.

— Горячие источники, — поправил шаман.

— Да-да, они самые. Но только вот-с, говорят, они ушли оттудова.

Больше ничего полезного узнать не удалось. И это не самая лучшая новость. Как искать Кентавряшу, я не представляю.

Чтобы как-то остудить подступающую грусть, я стал выискивать кнопки для кото-комбо.

И нашел. Оказывается, я могу настраивать котоящеру автопилот. Используя собственный разум, Блюм выполнит задание так, как может и как понял мои указания. Например, пойдет по настроенному маршруту без моего непосредственного участия с геймпадом.

Самое приятное это то, что я практически не затрачиваю ману на его контроль. Только регенерация немного снижается.

Есть и ограничения. Основное: существо должно быть не против такого душевного соседства. Блюм все еще босс своего тела и может выплюнуть меня в любой момент. Так что без привязанности свой личный зоопарк не создать.

Да и пофиг. Теперь я могу подглядывать и подслушивать. Женские туалеты меня, конечно, не возбуждают, но вот все остальное… хе-хе…

Я снова услышал мышь. Но и на этот раз отказался от затеи ее сожрать. Блюм второй раз такого безобразия не вытерпел и выхаркал мою душу, как комок шерсти.