На ходу отряхиваю колени и взбегаю на узкое крыльцо. Оборачиваюсь и внимательно осматриваю улицу. Где-то слышны залпы фейерверков и отдалённые голоса.

Подув на окоченевший кулак, звоню два раза.

Дверь распахивается через минуту, обдавая ноги и лицо потоком тёплого воздуха.

Дую на руки, глядя в распахнутые карие глаза. Губы разъезжаются в виноватой улыбке. Я опоздал почти на сорок минут.

– Ты что, перелез через забор?
– взволнованно щебечет Тина, порхая ресницами.

Она не отрывает глаз от моего лица, прижимая к груди кулак и звеня металлическими браслетами на тонком запястье.

– Да… - киваю, рассматривая её с головы до ног.

Она топчется на носочках. Одетая в пушистый разноцветный свитер, короткую юбку, расшитую золотыми пайетками, и тёплые колготки. Щелковые волосы водопадом стелятся по плечам. Она чертовски красивая.

Смотрю на стройные ноги, на высокую грудь, обтянутую свитером, будто никогда не видел женщины!

Твою мать, Тина...

– Ты похожа на новогоднюю конфету… - говорю хрипло, расстёгивая куртку.

Смотрю ей в глаза, на её губы. Она приоткрывает их и облизывает, улыбаясь.

Я тоже улыбаюсь.

– А ты на головореза… - выдыхает Тина, делая шаг мне навстречу.

С театральным рыком обхватываю её задницу ладонями, прижимая к себе хрупкое девичье тело. Она ныряет в мою куртку, став носочками на мои ботинки и щекоча нервы нежнейшими ароматами. Цветы и ягоды. Кладёт руки мне на уши, закрывая их от холода, и прижимается носом к моей шее, не стесняясь втягивая в себя мой запах.

У меня сжимается горло и слабеют колени. Господи Боже, эта девица меня угробит!

Опустив подбородок, требовательно ищу её губы. Тина рвано выдыхает, отдавая мне их с тихим стоном…

У меня мгновенная эрекция. Она чувствует это, вздрагивая, потому что я вжимаю её в себя, как поехавший! Заношу её в дом, на ходу прихватывая уступчивые губы своими. Раскрываю их, ныряя в тёплый гладкий рот языком. Её язычок сплетается с моим. У меня в паху зудящий ноющий ад. Тонкие пальцы ерошат мои волосы. Втягиваю её язык и посасываю.

– Ммммм… - тяну с наслаждением.

Долбаные мандарины...

Тина стонет, подтягиваясь вверх и обнимая ногами мою талию, а потом шипит, резко разрывая поцелуй.

– Ох...чёрт… - хнычет она, быстро сползая с меня и пытаясь отстраниться. Обнимаю ладонями её лицо, продолжая целовать и наступать на неё, как какой-то маньяк.

– Аид… - шепчет она, пятясь назад.
– У меня… я… у меня всё болит…

– У меня тоже… - сиплю, прижимая её к стене и кладя узкую ладонь на свою ширинку.

Тина дрожит, шумно дыша и гладя меня через джинсы. Чёрт, бл*ть! Твою мать…

Быстро убираю её руку и сжимаю плавное женственное бедро, прижавшись лбом к стене рядом с её виском.

Тишину коридора колышет наше смешанное дыхание.

Провожу ладонью по внутренней стороне её бедра, спрашивая:

– Здесь болит?

– Угу… - шелестит она мне на ухо.

– И здесь?
– шепчу, пробираясь под юбку и накрывая её ладонью между ног.

Тина вцепляется пальцами в мой свитер, зажимая дрожащими ногами мою руку.

– А ты как думаешь?!
– бормочет она.

Я сейчас вообще не думаю. Я сейчас полный кретин.

– Ты сама просила ещё…

– В третий раз не просила… - обиженно напоминает Тина.

Да. Не просила.

Целую её висок и отстраняюсь.

Глядя на мою ширинку, она забавно хмурится и говорит:

– Ты напугаешь моих родителей.

– Я чертовски рад тебя видеть.

– Сделай с этим что-нибудь, - на полном серьёзе требует она, ткнув подбородком на предмет своего беспокойства.

Я начинаю хохотать, положив руки на бёдра и глядя на неё с нежностью.

– Любовь моя, у этого нет пульта управления.

Поправляя юбку и свитер, Тина замирает. Жадно слежу за её реакцией на последнее обращение. Перебросив на плечо волосы, она бормочет, пряча от меня глаза:

– Придумай что-нибудь.

Улыбаюсь, говоря:

– Дай мне минутку.

Чтобы отвлечься, осматриваю тускло освещенный тёплый коридор, отделённый от дома толстой деревянной дверью.