— Ты думаешь… — начинает он, идя прямо на отца, готовый к ссоре. Я хватаю его за руку и одними глазами умоляю.

— Чейз, мы можешь просто уйти, пожалуйста? — мягко спрашиваю я. Я хотела побыстрее убраться отсюда. Я действительно не заслуживаю такого отношения.

— Тебе не нужно жениться на ней, Чейз. Я могу выписать ей чек, — говорит его отец фальшиво. Он уже начинает вытягивать свою чековую книжку. — Мы с отцом Обри так долго ждали, когда вы, наконец, будете вместе. Ты не можешь разрушить наши планы только из-за какой-то мимолётной влюблённости.

Это катастрофа. Чейз усаживает меня обратно на стул и смотрит прямо в глаза.

— Оставайся здесь, ангел. Можешь сделать это для меня? — спрашивает он мягким голосом. Я киваю. Он целует меня в лоб и кидает взгляд на отца.

— Другая комната. Сейчас же, — рычит он сквозь стиснутые зубы. Они оба выходят, и Чейз мягко закрывает дверь.

Несколько минут спустя я слышу крики и матерящегося Чейза. Затем слышится грохот. Я ужасно себя чувствую. Не хочу, чтобы они ругались из-за меня.

Несколько минут спустя Чейз заходит обратно и берёт меня за руку. Костяшки его пальцев кровоточат. Я беспокойно гляжу на него.

— Чейз, всё хорошо?

— Поехали домой, детка, — он пытается говорить мягко, но я могу слышать, как он заглушает ярость. Я киваю.

*****

— Мне жаль, Лейла. Тебе не следовало слышать это. Я облажался, — Чейз извинялся всю дорогу домой. Это совсем не его ошибка, но я всё ещё чувствую себя ужасно. — Я не знал, что он поведёт себя так.

Он рычит в отчаянии. Я беру его руку и сплетаю наши пальцы.

— Всё нормально, Чейз, но я правда не хочу проходить через такое снова, — резко говорю я. — Это было неловко, я себя как дерьмо сейчас чувствую. Не хочу, чтобы ты из-за меня дрался с отцом.

Я глубоко вздыхаю.

— Погоди, ты уже давно знал Обри. Я думала, она просто случайная девушка, которую ты встретил.

Чейз вздыхает.

— Да, я с детства знал её. Я никогда на самом деле с ней особо не ладил. Мы уже давно не виделись, пока не наткнулся на неё в Вегасе, тогда она уже была популярна. Она пошла со мной и попросила работу в «Пекле». Мы начали встречаться после этого. Давай больше не будем о ней.

Очевидно, Обри до сих пор больная тема. Мы сидим в тишине несколько минут.

— Я больше никогда тебя туда не повезу, детка. Прости. Никто не имеет права к тебе так относится. Чёрт! — неожиданно выпаливает Чейз.

— Чейз, хватит, это не твоя ошибка, —говорю я опять. Я опираюсь на него и целую в щёку, в челюсть. Он вздыхает. Вместо нашей квартиры мы направляемся в дом Кейда и Джеймса. Оба сидят за столом: Кейда роется в компьютере, Джеймс читает какую-то массивную книгу по бизнесу.

— Эй, вы двое, есть какие-то идеи, куда подевалась Никки? — говорю я, садясь рядом с Кейдом.

Чейз влетает на кухню, вероятнее всего налить себе чего-то крепкого. Ему сейчас это нужно.

— Вроде что-то про свидание сказала, — говорит Кейд ледяным тоном. Ну ладно.

— Хэй, Лейла, как себя чувствуешь? — спрашивает Джеймс.

— Нормально, — говорю я с лёгкой улыбкой.

Кейд понимающе смотрит на меня.

— Мудак?

— Ещё какой, — сухо бормочу я. Чейз подходит к нам с двумя напитками. Передаёт мне апельсиновый сок и садится рядом.

— Не оставляйте нас в догадках, — Кейд растягивает слова.

Я ворчу, не хочу снова воспроизводить этот разговор.

— Не важно, — говорят Чейз напряжённо.

— Всё так плохо, да? — бормочет Джеймс.

— Не знаю, зачем ты вообще с ним возился, — добавляет Кейд, за что заслуживает гневный взгляд от Чейза.

— Серьёзно, Чейз. Она беременна, не нужно ей ещё всякого нашего фамильного дерьма.

Я смотрю на стакан апельсинового сока, который вдруг стал таким интересным.

— Думаешь, я этого не знаю? — лает Чейз. — Он дедушка моего ребёнка всё-таки, я просто хотел дать ему шанс. Может, он и мудак, но он был приличным отцом мне, пока я рос.

— Ну ты же мог сказать ему это наедине, а не таскать с собой Лейлу. Ты ни с того ни с сего выливаешь ему это на голову, естественно он не погладит тебя по головке, — плюёт Кейд в ответ.

— Я налажал, Кейд, ясно! Можешь уже угомониться!

— Заткнитесь оба! — ору я, вставая. — Это была ужасная ситуация, признаю, но что бы ни случилось, это прошло. Я не ребёнок, вы оба слишком сильно реагируете! Прекратите ругаться! Сейчас же, — требую я.