— Что-то не так? — спрашиваю я. Он выглядит убитым.

— Ничего. Просто длинный день, — тихо отвечает он.

Я смотрю на часы, всего час дня.

— Я могу чем-нибудь помочь?

— Нет, я просто позанимаюсь немного в тренажёрной.

Чейз рассеянно целует меня и направляется в свою комнату. Он выходит в баскетбольных шортах и направляется к тренажёрам. Не могу не пялиться на него, когда он беспокойно ходит по дому с переливающимися мышцами.

Спустя два часа он всё ещё в тренажёрном зале. Я просовываю голову в дверной проём, он занимается на беговой дорожке, пот стекает по его телу. Я уже готова уйти, когда он останавливается и опирается на ручки дорожки. Он опускает голову и стоит так в течение нескольких минут. Чувствую, что подглядываю. Он выглядит таким разбитым. Я возвращаюсь в комнату, пытаясь заниматься. Но в голове только желание, чтобы он рассказал, что происходит, поэтому просто тупо сижу и смотрю в ноутбук.

Чейз заходит в комнату часом позже, садясь на мою кровать и притягивая меня к себе для крепких объятий.

— Я собираюсь на работу, поздно вернусь, наверное.

Прежде чем я успеваю спросить, в чём дело, он мягко целует меня в губы и выходит. Ну и что это такое. На протяжении всей ночи я жду звонка, смс, чего угодно. Но ничего.

Он даже не приходит домой.

Глава 29

Весь следующий день провожу на работе, и кажется, он длится бесконечно долго. Я всё ещё не слышала новостей от Чейза. Ненавижу себя чувствовать подобным образом — неуверенной, потерянной, беззащитной. Мне нужно пойти и поговорить с ним. Выяснить, в чём дело. Я ухожу с работы пораньше и направляюсь к его офису. Я здесь была только один раз, когда мы вышли на свидание, и Чейзу нужно было заскочить, чтобы что-то уладить. Смотрюсь в зеркало, чтобы удостовериться, что выгляжу нормально, затем выхожу из машины и иду к его офису. В меня ударяет холодный воздух из кондиционера. За стойкой ресепшена стоит взрослая женщина в бежевой блузе. В прошлый раз там была другая женщина.

— Я могу увидеть мистера Джексона? — вежливо спрашиваю я.

Она строго кивает мне.

— Третья дверь прямо по коридору.

Я киваю и благодарю её. Я знаю, где расположен его офис, но не могу же я просто так пройти туда. Дверь в его кабинет полуоткрыта, я заглядываю внутрь. И получаю шок на всю оставшуюся жизнь. Чейз стоит спиной ко мне, опираясь на стол. Обри стоит ко мне лицом, обнимает его и целует. Она видит меня, ухмыляется и ближе пододвигается к Чейзу.

Моё сердце подпрыгивает.

Предана.

Любовью всей своей жизни.

Я по-тихому удаляюсь.

*****

Через полчаса оказываюсь дома, и в этот момент в дверь стучат. Я открываю её, там стоит Обри. Я в шоке от её дерзости. После упорных попыток скрыть свои чувства я сдаюсь, подхожу к ней и с размаха бью её по лицу. Её голова откидывается назад, и я не могу отделаться от чувства удовлетворения.

— Ты сука! — кричит она, но не пытается ответить.

— Наверное, в твой список ошибок можно и преследование добавить! Тебе мало того, что ты разрушила чужие отношения?

Её лицо искривляется ещё больше, и по этому выражению лица я могу понять, что разговор не обещает быть приятным.

— Думаешь, такая возвышенная и благородная, но ничего не знаешь. Чейз хоть что-нибудь тебе рассказывает?

— Вижу, ты уверена, что нет, — я шиплю в ответ. — И ты, видимо, здесь, чтобы рассказать?

Она злорадно усмехается.

— Ты хотя бы знаешь, где он был вчера? Он был со мной. — У меня снова появляется желание стереть это злорадное выражение с ей лица.

— Если не веришь, можешь почитать сообщения. — Она передаёт мне свой телефон, и я не могу удержаться от того, чтобы взглянуть вниз.

Чейз: Я встречусь с тобой позже. 

Отправлено вчера утром, около девяти часов утра. Моё сердце останавливается. Но эта сучка продолжает говорить.

— Он говорил тебе, что я была беременна от него? — Она усмехается от выражения лица, которое очевидно появляется у меня на лице… — Да, это было, когда мы были вместе. Это было незапланированно, но я уверена, он был бы замечательным отцом.

— Откуда ты знаешь, что ребёнок от него? Разве у вас были не открытые отношения? — тихо спрашиваю я.

Она поднимает бровь.

— Это он тебе так сказал? Да, у него были открытые отношения. Я не могла требовать от него большего. Но это не означало, что мне позволялось спать с кем попало, ты знаешь Чейза, он собственник.

Меня сейчас вырвет.

— Я потеряла её. Мою малышку. У меня случился выкидыш на пятом месяце, — её голос смягчился, и моё сердце сжимается от жалости, от потери, которую они перенесли. Я бы никому не пожелала такого.

— Мне жаль, — я почти шепчу.

Мне в голову приходит песня Эда Ширана «Маленький комок». Такая запоминающаяся грустная песня.

— Нет, тебе не жаль, — огрызается она. — И я тут не за твоей жалостью. Я здесь, чтобы сказать тебе, что он никогда не сможет в полной мере избавиться от меня, потому что мы прошли вместе через многое, потеряв нашу дочку. И у нас всегда будет что-то, что у тебя не получится стереть. Когда я сегодня была у него в офисе, мы, как ты могла видеть, помирились.

Она наблюдает за моей реакцией, кормясь от этого ненавистью ко мне, наслаждаясь собой. Прежде чем уходит, она бросает мне последнее.