Чувствую себя умирающим человеком, которому всего мало. Мало этих требовательных губ, что уносят меня на небеса, мало этих горячих, немного шершавых рук, что нетерпеливо обнимали меня, мало этих чёрных омутов, в которые меня засасывает и уносит в пучину наших желаний, мало ехидной улыбки.

Я не могла остановиться, покрывала его тело поцелуями, дурея от его запаха.

Когда я так осмелела? Очевидно, Доминик делает меня сильной, желанной.

— Ты сама напросилась, Адель. — он не спит? Он повернул меня, и я оказалась прижата телом любимого мужчины. Пока моего мужчины. И в следующую секунду меня выгнуло дугой, Доминик с жадностью напал на мою грудь, брал меня жёстко, напористо.

Просыпаюсь, чувствую, что время движется к полудню. Не помню, когда я так долго спала? Да никогда!

Мои переживания не давали мне покоя, то грубость отца, боязнь, что он опять возьмется за плётку, если рано утром я не приготовлю ему завтрак. Потом работа на Доминика и бессонные ночи, которые я проводила в мечтах о нём.

Рядом с ним чувствую себя защищённой.

Его нет на кровати, но я слышу, как льется вода в душе. Встаю, замечаю множество пакетов с названиями дорогих брендов. Заглядываю внутрь, там женская одежда, начиная от трусиков, от фасона которых краснею, до элегантных платьев, о которых не могла даже мечтать.

Не стоило Доминику так тратиться, я поговорю с ним. Потом. А сейчас мне нужно принять душ, пока он там.

С хитрой улыбкой захожу внутрь, вижу широкую спину, так красиво сужающуюся к талии, ямочки на ягодицах, по которым течёт белая пена.

Весёлое, игривое настроение вмиг сменяется возбуждением. Дергаю стеклянную дверь, захожу внутрь и с невозмутимым видом беру его гель для душа.

Доминик поворачивается, его зелёные глаза похожи на малахиты, наливаю гель на руку и размазываю пену по телу, по шее, груди. Поставив ногу на край ванны, несмело касаюсь самого сокровенного местечка.

Он так и замер с мочалкой в руках, неотрывно следит за движениями моих рук, как хищник за обнаглевшей добычей.

— Что ты делаешь, Адель? — прокашлявшись, говорит Доминик. Мой жар между ног, превращается в пожар под его пытливым взглядом, стон сам с собой срывается с моих губ.

— О, боже. — слышу ответ.

— Хочешь я тебя помою? — наливаю гель, веду по его груди, какая же она твёрдая, как будто литая, вниз по моим любимым кубикам, обхватываю рукой напряженный член. Он прислоняется спиной к стене и отдаёт управление своим телом мне.

Он! Тот, что привык управлять, доминировать! Ласкаю нежную кожу, ощущаю твёрдую плоть в руках, меня возбуждает вся порочность ситуации.

— Адель… — глаза затуманены, выглядит пьяным, но это не от алкоголя, это я так действую на него. Он ласкает мою грудь, крутит в умелых руках сосок, настраивает меня, как гитару, хотя нервы и так напряжены.

Без разговоров Доминик поворачивает меня, как тогда, год назад, заставляет прогнуться сильнее, и резким толчком входит в меня.

У меня всё ещё болит после нашей ночи, но боль переплетается с наслаждением, его стоны и рычание, вкупе со звуком хлопающих о мою попку бёдер, сводит с ума. Когда он наматывает волосы на кулак, окончательно подчиняюсь. Он властвует над моим телом и мне это нравится.

Доминик засовывает палец в рот и приказывает: соси. Эти порочные движения его пальца вперед — назад, в том же ритме, что он движется во мне, доводит до исступления. Хочу ещё резче, глубже, но не могу ничего сказать, мой рот занимает его палец, и я могу только издавать приглушенные стоны, наслаждаясь вкусом его рук.

С каждым толчком, взлетаю всё выше и, наконец, падаю камнем вниз, сотрясаясь в нереальном оргазме.

Я бы упала, если не его руки, которыми он держит меня за живот. Он ждёт, когда мои мышцы прекратят сокращаться на его члене.

А потом прижимается грудью к моей спине, набирает невероятную скорость, отголоски удовольствием волнами растекается по всему телу. Закинув руку назад, обнимаю его за шею, откидываю голову на плечо.

— Какая же ты сексуальная, Адель. — хриплым голосом шепчет в ухо, одной рукой сжимает грудь, другой надавливает на живот, и мы кончаем вместе.

Это такое удовольствие, слушать его рычание, чувствовать, как он набухает внутри меня и взрывается, как лава, разгоняя внутри меня бешеных бабочек.

Зажмурилась от удовольствия, как каждый раз секс с ним может быть лучше предыдущего? Неужели у всех так? Как тогда люди находят в себе силы оторваться друг от друга?

— Прости, Адель, не смог остановиться. — что? Мой мозг расплавлен, и суть не сразу доходит до меня. Я же могу забеременеть! И как Доминик отнесется к этому?

Мне вдруг до жути захотелось иметь от него ребенка, с такими же зелёными глазами, с такой же хитрой улыбкой.

— Нужно съездить к врачу. Пусть что-нибудь выпишет. Нам не нужны такие проблемы.