В трубке раздался голос дежурного. Нужно было отдавать необходимые приказы...

??????

Тем временем, где-то далеко от Москвы...

Обвинитель откашлялся и начал свою речь. Якуб Вендрович уложил подбородок на скованные наручниками ладони и вслушивался в его слова. Одновременно он размышлял о фляжке, лежащей под стулом, на котором он сидел в качестве обвиняемого. Фляжку явно туда положил один из находящихся в зале его дружков.

– В ходе расследования было установлено следующее. Обвиненный закупил на базе сельхозоборудования в Войславицах поврежденный элеватор. Факт продажи государственного имущества частному лицу является явным нарушением уголовного кодекса ПНР, и по этому делу будет вестись отдельное следствие. После этого обвиняемый перевез элеватор на территорию собственного хозяйства и после ремонта, сразу же после жатвы, заполнил его зерном. Элеватор имеет вместимость пятьдесят тонн. Принимая во внимание, что хранение зерна в количестве, большем двух тонн, попадает под действие параграфа о накоплении спекулятивных запасов...

– Veto!
– крикнул Якуб, но его голос проигнорировали. Тогда он опустил глаза на землю и стал глядеть на фляжку. Легонечко подтолкнул ее сапогом. Фляжка была полная.

– Опять же, скупать зерно у крестьян уполномочены только пункты скупки.

– Прошу слова, - вставая, заявил Якуб.

– Даю слово обвиняемому, - очнулся судья.

– Прошу, чтобы обвинение доказало, будто я это зерно купил.

– Даже долларами заплатил, - огрызнулся обвинитель.

– Прааащения праашу. Или же среди доказательного материала обвинения имеются какие-то доллары с моими отпечатками пальцев?

– Тогда откуда же обвиняемый заполучил пятьдесят тонн ячменя?
– мягко поинтересовался Высокий Суд.

– А его размножил в элеваторе вегетативным путем.

Зал взорвался хохотом. Судья тоже смеялся.

– Не пожелает ли обвиняемый поделиться этим изобретением с Родиной? сказал он.
– Кто знает, может это поможет народу в его временных проблемах...

– Высокий Суд, - сказал Якуб.
– Секрет размножения ячменя путем почкования передали мне мои предки, и я лично поклялся сохранять его ради пользы моей родной семьи!
– улыбнулся он, радуясь семантической шутке.

– Пятьдесят тонн левого зерна - это только начало, - истекал ядом голос обвинителя.
– Интереснее то, что обвиняемый с ним сделал.

– Слушаем, - ответил на это судья.

– Обвиняемый залил ячмень водой и прибавил дрожжей, после чего подождал где-то с месяц. Затем он разместил под элеватором газовую печку, кстати, не имеющую разрешительного аттестата...

– А где же мне брать аттестат, раз я ее сам же и сконструировал? запротестовал было Якуб, но его слова проигнорировали.

– ...И с вершины элеватора провел трубу длиной двадцать метров, заканчивающуюся в его развалюхе.

– Выражаю протест!
– завопил Якуб.

– Протест принят, - сказал судья.
– Даже если этот дом и похож на давно не убираемый хлев, следует сохранить хоть чуточку уважения к обвиняемому, - наставил он прокурора.

– Прошу голоса, - отозвался подсудимый.

– Разрешаю.

– Неужто Высокий Суд принимает утверждения обвинения за добрую монету?

– А у вас имеются какие-то собственные объяснения?

– Но, Высокий Суд! Пятьдесят тысяч литров бражки?

– Тогда представьте свою версию произошедшего.

У Якуба до сих пор голова болела после вчерашнего, поэтому его фантазия действовала лишь в одном направлении.

– Высокий Суд. Дело было так. Определенное количество воды находилось в элеваторе уже раньше. Она была нужна для процесса размножения. Впрочем, это технические подробности, имеющие второплановое значение. Сразу же после заполнения элеватора зерном случился неожиданный дождь, я же забыл закрыть крышку, так что дождевая вода залила...

– У меня вопрос к обвиняемому, - отозвался обвинитель.

– Разрешаю.

– Как вы, гражданин Вендрович, объясните нам следующее обстоятельство. Элеватор имеет шесть метров высоты. Дождевая вода не могла заполнить его по той простой причине, что, в соответствии со справкой метеостанции в Краснымставе, сумма осадков за месяц, в котором вы предпринимали свои противоречащие закону и чувству человеческого достоинства...

– Короче, - приказал судья.

– ...действия, сумма осадков составила едва лишь двадцать сантиметров?

Якуб потянул самогона из фляжки, чтобы прояснить мозги. Милиционеры фляжку тут же отобрали.

– Что было в этом бидончике?
– поинтересовался судья.

– Самогонка, - сообщил милиционер, с отвращением принюхиваясь к содержимому.

– Может ли обвиняемый объяснить нам происхождение данного предмета?

Якуб несколько раз моргнул.

– Нет, Высокий Суд.

– Точно, нет?

– Враги подбросили, чтобы меня скомпрометировать.

Судья на мгновение скрыл голову за столом. Когда он ее поднял, лицо его было слегка покрасневшим.