Это два общеизвестных примера. Но то же получится, если мы возьмем любую систему. Например, общество. Что есть общество, как не совокупность идеологии и экономики? И что в этом случае есть вирус?

В тот момент, когда Гариков знакомый произнес слово «марксизм», перед киберпанком словно забрезжил некий свет. Он действительно осознал, что для любой системы можно создать вирус, и ей, этой системе, будет очень плохо тогда… Можно сказать, что юный киберпанк испытал мистическое озарение…

Дальнейшее было делом техники. Почему именно техники, в общем-то, понятно. Гарик был помешан на «железках» и все свои идеи норовил воплотить именно в них. Так получилось и на этот раз. Его вирус должен был паразитировать на городских коммуникациях, и если честно, для публикации не предназначался. Несмотря на малый возраст, Гарик понимал, что это — игрушка опасная.

Затем подвернулась таможня. Он не хотел! Честное слово — не хотел! Он запрограммировал роботов так, чтобы они стерли свои программы по получении сигнала от его, Гарика, радиопередатчика. Но он забыл послать сигнал, вот в чем беда, а теперь уже было поздно. Армия накрыла мятежный аэропорт мощнейшим потоком радиопомех.

— И что будет дальше? — осведомился Боб. — Они вообще до каких пор будут развиваться? И как это получилось, что они такие умные?

— Да нету там никаких «они»! — буркнул Гарик. — «Они»! Это вирус, понимаете?

— Ну… нет…

— Вирус в компьютере знает, как процессор устроен? Нет! А разве это его останавливает?

— Ты хочешь сказать, что эта штука НЕ ЗНАЕТ, что творит?

— Нет. Я что, Билл Гейтс — с нуля все писать? Взял игрушку, ну, последнюю «Цивилизацию» то есть, надергал оттуда интерфейсов, ну а дальше — само. Он, вирус этот, пишет себя во все компьютеры, до которых может добраться, а те из них, которые имеют доступ к определенным ресурсам, скажем, к радиопередатчикам или к транспортному контролю… Все же стандартизовано.

— Не понял все равно.

— Игра. «Цивилизация» называется.

— Знаю, играли.

— Ну вот, я написал к ней пару приставок, чтобы она вместо того, чтобы общаться с другими игроками через модем, находила бы настоящие индустриальные компьютеры. Скажем, она, игрушка эта, знает, что если найти водопроводную службу, то город можно затопить так-то и так-то…

— Дела… То есть армия…

— Воюет с вирусом. И пусть скажет «спасибо», что я запретил им доступ в красный сектор.

— Куда-куда?

— К армейскому оборудованию, — пояснил Гарик.

— Как это — запретил? — удивился Боб. — Я сам слышал, на их стороне бронетранспортеры.

— Это полицейские, — вздохнул Гарик. — Желтый сектор. Я про них забыл. Велика важность.

— А спутники связи?

— А!..

— Понятно. Наломал ты дров, парень.

— Наломал, — согласился киберпанк. — Ну и что? Главное — чтобы не поймали…

Они почти доехали, когда Боб неожиданно притормозил и съехал на обочину.

— Что случилось?

— Полиция…

Полиция — это было слабо сказано. За ними ехала не одна полицейская машина и не две — по крайней мере дюжина. Со всеми своими сиренами, мигалками и прочими прибамбасами — теперь, когда «бесшумный» двигатель «инвейдера» наконец заглох, Гарик мог ясно это слышать.

— Влипли, — констатировал Боб, наблюдая, как кавалькада приближается к ним по дороге. — Жалко ребят…

— А как они докажут? — возразил Гарик. — Пульт управления я еще в Нью-Йорке выкинул. Записок у меня никаких нет…

— С иголками под ногтями ты им сам все расскажешь, — мрачно пообещал киберпанк, и непонятно было, шутит он или нет. — Сначала иголки, а потом на пальцах отжиматься заставят…

— Я гражданин Италии, — неуверенно произнес Гарик.

— Италия со Штатами не воюет, а ты…

— Слушай, а как они могли узнать? — Юноша повернулся на сиденье и теперь изучал погоню через заднее стекло. Затем машина дрогнула — это над дорогой низко пролетел вертолет.

— Не знаю как, — отозвался Боб, — но тебя явно принимают очень всерьез. Ты, главное, того… не делай резких движений…

— Вот ведь! — с досадой сказал Гарик. — Так хорошо день начинался…

Еще через полминуты полиция поравнялась с дрожащими от страха преступниками и проследовала дальше.

— Боюсь, что мы с тобой просто…

— Да… То есть, кажется, это не за нами…

— А если за нами? То есть к тебе домой?

— Не знаю… О! Идея! Где там мой микрофон?

На микрофоне сидел Гарик. Повозившись, Боб пристроил игрушку на место, по типу ушной клипсы с торчащим вперед отростком, и вызвал Эй-Ай.

— Люк здесь, — последовал бодрый ответ.