– Я забрал твой меч, приятель, – извиняющимся тоном сказал Генор-Ток и сопроводил свои слова бандитской усмешкой. – И девочка у нас – так что не распускай руки… И ноги, – добавил он, подумав.

– Что вам нужно? – мрачно поинтересовался юноша. Похоже, он собирался героически погибнуть.

– Мы вас будим.

– Зачем?

– А кто его знает. Надо.

– Разбудите девушку. Не ту, другую.

Девушка отреагировала на события спокойнее, чем юноша:

– Род?

– Джейн, у них Жанна.

– Плохо.

– Теперь слушайте, – торжественно произнес Акут-Аргал, поднимая руку. – Великий Норт приказал передать вам следующее послание. Ваш мир в опасности.

– Что? – Джейн с Роджером недоумевающе уставились друг на друга, затем снова на гоблина. – Что это значит – в опасности?

– Понятия не имею, – признался тот. – Сам только что проснулся.

– Проснулся… – Роджер посмотрел вокруг. – Так вы что же – с нами спали? Тут?

– Ну, не то чтобы с вами, – любезно отозвался Акут-Аргал под дружный смех своих подчиненных. – Вы слишком уродливы. Мы спали рядом.

– Какой сейчас год?

– Не знаю. Какая разница?

– И то верно, – согласился Роджер. – Надо разбудить остальных.

– Умный мальчик, – сказал гоблинский командир. – Отдайте ему оружие. Будите эльфийку, потом этого парня, потом тимманку. Гнома оставим на десерт… – он причмокнул, – в хорошем смысле… да…

Эльфийку Тиал и ее жениха Илиси разбудили без особых хлопот, хотя иситрарец немедленно вызвал на бой всех гоблинов по очереди и получил девять безупречно вежливых отказов. По поводу же тимманки Уны гоблины затеяли спор.

– Я ее разбужу, – говорил Ули-Ар, самый старый из гоблинов. – Но если она назовет меня как-нибудь, кроме как «гоблин», я лично…

– Нам приказано – не калечить, – возражала Генора-Зита. – Значит, возражай словами, а за топор не хватайся.

– Долго вы там? – нетерпеливо поинтересовался Акут-Аргал, и Ули-Ар решительным шагом направился к нише, в которой, опираясь на тимманский боевой багор, стояла Уна. Впрочем, багор он у нее тут же отобрал. Гоблины, похоже, знали о темпераменте граждан Тиммана отнюдь не понаслышке.

– Откуда она вообще тут взялась? – шепотом спросил у Джейн Роджер. – Я думал, она осталась со своим отрядом.

– Полагаю, это из-за тебя, – также шепотом отозвалась Джейн.

– Она тебя любит! – вмешалась в разговор Жанна. – Она за тобой куда хочешь пойдет, вот!

Роджер усмехнулся и потрепал девочку по голове.

– Проснись, замарашка! – властно сказал Ули-Ар, и тимманка открыла глаза.

– Ах ты, лысая мартышка! – воскликнула она, обнаружив пропажу багра и кинжала. – Сын тролля и выхухоли!

– На самом деле, – строго поправил ее Ули-Ар, – мои родители были тимманцами. – Затем они с его собеседницей покатились по полу, продолжая оживленную дискуссию на генеалогические темы, так что всем вместе – и гоблинам, и людям, пришлось их разнимать, рискуя сорваться вниз с узкого карниза.

– Очень странные гоблины, – заметила Тиал, после того как Уну наконец удалось оторвать от ее обидчика. – Не знала, что гоблины умеют шутить, да и к тому же получать от этого удовольствие.

– Какое там удовольствие, – довольно сказал Ули-Ар, пытаясь привести в порядок свою одежду. – Вот погодите, сейчас мы гнома будить станем, тут уж точно конец света случится…

Разбуженные, не сговариваясь, устремились туда, где, по их воспоминаниям, находилась занятая Кирком ниша. В нише стояло чудовище.

– Ой! – тихо сказала Жанна и медленно села на пол, прямо там, где стояла. – Это…

– Он это, он, – подтвердил Акут-Аргал. – Не сомневайтесь. Там под слоем штукатурки бьется отважное…

– И как это все отмывать? – поинтересовалась Уна. Вопреки ожиданиям девушка вовсе не собиралась смеяться. – Это же эльфийские краски! А штаны?!

Штаны Кирка были теперь украшены кружевными оборочками, и они больше не были зелеными.