– Давай пятерку – произнесла вторая хохотнув – я же говорила, что наша Маринка невинная дева, что и минуты не продержится.

– Да не может быть! – разочарованно произнесла третья, накидывая на меня простыню – Я думала, она просто цену себе набивает.

– Да не – хмыкнула вторая – Это Алина себе цену набивает, а Маринка просто пока еще даже не думает о подобном. Не выросла еще девочка.

Девушки еще некоторое время тихо поболтали, а затем покинули помещение.

«Вот же! Уже, оказывается, всему курсу меня показали – возмутился я – подростки хреновы. Да и почему меня? Мало мужиков что ли лежит? Или все остальные не в реанимации?»

Мне хотелось грязно выругаться, но я все же сдержался, а затем и вовсе успокоился.

«Разглядывающие мое тело девочки-подростки – это вообще не проблема. Это так… мелочь… не заслуживающая внимание. К тому же явные практикантки расплатились со мной ценой информаций, которая позволила мне хоть немного, но разобраться в происходящем»

Во-первых, они подтвердили мое предположение, что я лежу в обычной больнице. Во-вторых, сообщили о том, что я уже целую неделю нахожусь в коме. В-третьих, сообщили о моем весьма серьезном и непонятно как полученном ранении головы, на котором, кстати, можно сыграть. В-четвертых, отметили отсутствие на груди татуировки, отсутствие которой автоматически лишает меня принадлежности к какому-либо боярскому роду. Именно поэтому я, кстати, лежу в обычной больнице для простолюдинов и меня лечат без использования ценных ингредиентов.

«Теперь мне осталось лишь определиться с тем, как использовать полученную информацию и что вообще делать дальше. Последнее напрямую зависит от моего состояния и самочувствия».

Попытка приподнять голову ожидаемого успеха не принесла и затылок тут же прострелила острая боль.

«Состояние еще хуже, чем я мог предположить – разочарованно подумал я и сделал соответствующий вывод – К сожалению, в подобном состоянии побег мне противопоказан, а значит мне нужно официально очнуться и начать нормальное восстановление. Только вот мне кажется, что стоит мне прийти в себя и палату навестят молодчики с протокольными лицами, которые попробуют вызнать, а как же бессознательный гражданин оказался недалеко от границы в подобном состоянии, а также что последнее он помнит. Только вот что я им расскажу? Я же даже соврать нормально не могу, так как совсем не в курсе местных реалий».

Вариантов у меня было немного, а точнее и вовсе один. Он был хорош тем, что отлично вписывался в полученные повреждения головы и позволял мне скрыть незнание жизни в королевстве. Если коротко, то я решил изображать амнезию, и сейчас необходимо было подумать, как именно это сделать.

За обдумыванием своей легенды я незаметно для себя уснул, а мой организм принялся за самолечением с новой силой.

В этот раз пробуждение было более приятным.

Я без труда открыл глаза я и тут же увидел немолодую женщину в халате, что стояла у моей кровати с какой-то папкой и записывала туда показания с прибора жизнеобеспечения.

Заметив, что я очнулся она удивленно вздрогнула и тут же поспешила нажать на кнопку тревожного вызова медперсонала.

– Пить – тихо попросил я пересохшими губами.

Она кивнула и отлучившись принесла мне небольшой стакан воды. Сделав несколько мелких глотков я почувствовал, что наконец оживаю.

– Еще – попросил я, когда она убрала стакан.

– О! Очнулся наш болезный – произнес вошедший в комнату немолодой седовласый мужчина с небольшим брюшком и фонариком в руке и принялся оттягивать мне веки, и светить в глаза – как ты себя чувствуешь?

– Где я? – вместо ответа спросил я, запинаясь – И кто вы такой?

– Меня зовут Петр Карлович – произнес мужчина – В настоящее время твой временный врач. А находишься ты в Полесской областной больнице. В реанимационном отделении. Теперь моя очередь задавать вопросы. Для начала скажи, как тебя зовут?

– Как меня зовут? – спросил я, а затем нахмурив брови задумчиво добавил – Как меня зовут?

Выдержав небольшую паузу, я еще раз медленно произнес.

– Как меня зовут?

Судя по всему, моя игра была принята за чистую монету, так как Петр Карлович с каждой секундой менялся в лице.

– Что последнее ты помнишь? – осторожно спросил он, перебивая меня – Что именно? Попробуй вспомнить, это важно.

– Последнее? – снова переспросил я и задумчиво добавил – последнее, последнее.

Мужчина еще больше нахмурился.

– А! Точно! Последнее! – удовлетворенно воскликнул я и лицо Карла Петровича тут же разгладилось от морщин – Я помню, как вот эта девушка, что-то записывала стоя возле меня.

Я победно посмотрел на мужчину словно не замечая, как он досадливо наблюдает за мной..

– Хм. А имя ты свое, случайно, не вспомнил? – с надеждой спросил он.

Я снова сделал вид, что задумался и через некоторое время удивленно и с легким испугом посмотрел на него.

– А как меня зовут? Почему я не могу вспомнить? Скажите!

– У тебя травма головы – ответил мужчина, глядя мне в глаза – И, судя по всему, временная амнезия. Не переживай. Через несколько дней пройдет.

Петр Карлович вовсе не был уверенным в своих словах, а я сделал вид, что не заметил этого.