— Ты знаешь, кто и что мы такое? — спросил он.

Сказать правду или прикинуться дурочкой? «Как будто это действительно важно, Лондон».

— Да, — ответила она, решив проявить осторожность, на всякий случай, если ошиблась и упустила какую-нибудь деталь. — Нокс просветил меня. Вы участвуете в Великой Войне.

— Отлично. Избавишь нас от необходимости объяснять. — Эрик улыбнулся ей в зеркало заднего вида. — Сейчас ты выглядишь лучше, чем в моей хижине.

Его хижине? Шок ударил ее в живот, освобождая одно из воспоминаний Селесты. Оно всплыло вверх, прорвавшись сквозь бурное море паники в ее сознании. Эрик стоял у пункта регистрации, держа в руке жезл Кэннона, по бокам от него стояла армия воинов-викингов, одетых в небрежно скроенные одежды и грубо сколоченные доспехи.

Эрик был человеком и, как и она, невольно вступил в войну. Он любил свой народ; это было очевидно. Ему пришлось сражаться за свою территорию. Теперь он сражался за Землю… и у него был шанс на победу. Который определенно выше, чем у Вейл.

Нокс не знал, что происходит, когда двое представляют один мир, и Вейл не собиралась спрашивать у этих парней, есть ли у них ключ к разгадке; каким бы ни был ответ, это не было достаточно веской причиной, чтобы выдать своего туза.

«Не доверяй никому. Спрячь все».

Кроме того, ее шансы могут быть лучше, чем у Эрика. Она могла бы поглощать силы противников, а он нет.

— Я тот, кто принес тебе зимнее снаряжение, одежду и убил твоего проводника, — сказал он легким, беззаботным тоном. — Мужчина планировал причинить вред тебе и твоей подруге.

Это из-за него проводник их бросил? Он убил проводника? Человека, который планировал изнасиловать и убить ее и Нолу, если Эрик говорил правду? Они и понятия не имели об этом.

— Ты мог бы вернуть наши документы и наличные, — сказала она. — Мог бы проводить нас до цивилизации. Так что спасибо, что ничего не сделал, то есть ни за что.

— Зачем мне возвращать ваши документы и наличные, если это я их украл?

Ну, ладно. Нокс и Зион были не единственными, кто знал ее имя и адрес.

— Вы вторглись на мою территорию, — продолжал он. — Я понятия не имел, кто ты и что тебе нужно. Просто будь благодарна, что жива. Все остальные, кто входил в этот район, были погребены подо льдом. И прежде чем ты спросишь, я сделал исключение, лишь потому, что ты сексуальна, а я поверхностный.

Очень мужское объяснение.

Она усмехнулась ему.

— Ты спас нас от плохого парня, а потом оставил умирать от голода или холода. Как это по-джентльменски с твоей стороны.

— Я был занят подготовкой к тому дню, когда воины сбегут из тюрьмы. Когда бы у меня появилось время, я бы принес тебе еды и дров. Но так как времени у меня было, я оставил тебе орудия для охоты. — Пауза. — Кстати, твоя подруга находится у воина по имени Зион. Трое других… Бейн, Болд и Эмберель… идут по их горячим следам. Тебе следовало остаться в хижине. Я хороший.

Адонис кашлянул в ладонь.

— Я могу быть хорошим, — поправил себя Эрик. — Иногда.

Она копалась в воспоминаниях Селесты. Бейн — внутри него сидел зверь. Болд родом из мира убийц. Эмберель умела читать мысли, у нее были заостренные уши.

— Не волнуйся. Они никогда не поймают Зиона, — сказал Адонис. — Он как Нокс. Призрак. И, говоря о Ноксе, я уверен, что ты с радостью узнаешь, что мы конфликтуем с ним, а не с тобой. Будь хорошей девочкой, и выберешься отсюда живой.

— Женщины любят покровительствующих мужчин, — сказала она ему, хлопая ресницами. — Никогда не переставай быть собой.

Он усмехнулся, и она обрадовалась. Нет, эти парни не знали, что она присоединилась к ВВ, и предположили, что Нокс убил Селесту… если они вообще знали, что Селеста мертва.

Однажды они узнают правду. Лучше всего сейчас заложить основу для защиты Нолы.

— К твоему сведению, мне плевать на другую девушку. Мы работаем в одной компании и путешествовали вместе в целях дурацкого поддержания командного духа. — Ложь с элементами правды труднее всего обнаружить. — Значит, я морковка для Нокса, да? — спросила она, прежде чем любой из мужчин успел узнать больше о ее сестре.

— Если он выжил в стычке с Рашем, — кивнул Эрик. — Да.

Она судорожно сглотнула. Выжил ли Нокс после драки с Рашем?

«Оставь волнение на потом».

— Удачи вам с вашей игрой в приманку, джентльмены. И все же, предупреждаю. Нокс раз десять говорил мне, что я для него ничего не значу. Он ценит свою жизнь, и никакую другую. Он не станет подвергать себя опасности ради поиска и спасения. — Он может подвергнуть себя опасности ради поиска и спасения. Он обещал ее найти.

— Он закрыл тебя от одной из стрел Раша, — сказал Эрик. — Ты что-то для него значишь.