– Что с китами? – прокричал Джим.

Соединение носовой части с кораблём лопнуло. Со всех сторон хлынула вода. Ветер со свистом вдувал сквозь разорванную оболочку морскую пену.

– Они живы! – прокричала в ответ Джилиан. – Но не могут выбраться!

– Наружные двери не открываются, – сообщил Скотт.

– А аварийные взрыватели?

– Они под водой! До них не добраться!

– Выбирайтесь отсюда! – закричал Джим.

– Адмирал, Вы же не сможете выбраться!

– Кирк, я никуда…

Джим шагнул между створками в грузовой отсек и сомкнул их так, чтобы Джилиан не могла последовать за ним. Шум дождя и ветра не проникал сквозь закрытые двери, и в отсеке было удивительно тихо. Джилиан кричала снаружи, чтобы Джим открыл, и Скотт молотил в двери кулаками. Джим слышал их, но откликаться не стал. Сейчас нельзя было терять времени.

Глубоко дыша, чтобы создать резерв кислорода в лёгких, Кирк шагнул глубже. Вода дошла до бёдер, до пояса. В трещины в обшивке били струйки. Светящиеся стенные панели создавали голубое аварийное освещение. В дальнем конце грузового отсека вода почти доходила до верхнего края прозрачной акриловой перегородки. Грейси ударила хвостом, и вода выплеснулась через перегородку. Вот-вот киты смогут выплыть из бассейна. Но если Джиму не удастся открыть наружные двери, они всего лишь очутятся в более просторном гробу. Сбросив ботинки, Кирк сделал ещё один глубокий вдох и нырнул.

Прикосновение ледяной воды к груди было подобно удару тока. Кирк крепко стиснул зубы, удерживаясь от инстинктивного желания вдохнуть, и замолотил ногами, продвигаясь дальше, пытаясь нащупать аварийный взрыватель. Он должен находится… или он потерял всякую ориентацию в этой темноте и холоде, и доносящейся со всех сторон пронзительной какофонии зонда. От недостатка воздуха горели лёгкие.

Снаружи Джилиан заплакала, припав головой к закрытым дверям.

– Кирк, пусти меня, – прошептала она. Ветер трепал её волосы.

– Пойдёмте отсюда, – закричал Скотт, стараясь перекрыть шум ветра и дождя. – Если Ваших зверюшек можно спасти, адмирал их спасёт. Вы сейчас ничем не можете ему помочь. – Взяв Джилиан за руку, он заставил её обернуться и повёл по круто накренившемуся полу вверх, к мостику. Капли дождя и слёзы застилали ей глаза, мешая видеть.

Борясь с желанием вдохнуть, Джим устремился вверх. Вынырнув, он вскинул руку, чтобы не удариться головой о потолок. Почти весь воздух вышел через разрывы в обшивке, и между поверхностью воды и потолком оставался лишь узкий просвет. Задыхаясь, он отклонил голову назад, так чтобы нос и рот оказались над водой, глубоко вдохнул и нырнул снова.

Повсюду громоздились сорванные с мест, искорёженные стенные панели. Увёртываясь, Кирк плыл в бесконечном тёмном лабиринте обломков в поисках одной единственной нужной ему панели. В ушах стояли завывания зонда и стук собственного сердца.

Он рискнул остановиться и застыл неподвижно в воде, пытаясь сориентироваться.

Повернувшись на сто восемьдесят градусов, Джим подплыл к нагромождению обломков и отодвинул их в сторону. Под ними была нужная ему панель. Цепляя ногтями, он открыл её и изо всех сил надавил на кнопку взрывателя.

Порождённая взрывом волна швырнула Кирка об стену, едва не вышибив из него дух. Сознание его помутилось. Другая, более глубокая темнота открылась внизу, когда створки наружных дверей грузового отсека медленно разошлись в стороны.

Инстинкт побуждал его вынырнуть в безвоздушную ловушку заполненного водой отсека, но он нырнул ещё глубже и выплыл из-под защиты «Баунти» в океан. Держась вдоль корпуса корабля, он молотил по воде руками и ногами, пока, задыхающийся, не вынырнул на поверхность. Сильная волна ударила его в лицо, ослепив, залив рот и нос. Вода горела в горле и лёгких. Он откашливался и отплёвывался, пока, наконец, не смог вздохнуть.

Джим напряжённо всматривался в темноту, надеясь увидеть сквозь волны и хлещущий дождь выпрыгивающих из воды, радующихся свободе китов – но видел лишь океан и медленно погружающийся в воду корабль; напряжённо вслушивался, надеясь услышать пение китов – но сквозь звон в ушах слышал лишь рёв шторма и неумолкающий, неумолимый вой зонда.

Сделав вдох, похожий на всхлип, Кирк опять нырнул и поплыл на глубину, держась вдоль корпуса «Баунти». Добравшись до дверей грузового отсека, он остановился и всмотрелся в тёмное чрево корабля. Он даже пожертвовал долей драгоценного воздуха в лёгких, чтобы издать нечленораздельный крик.

Медленно, грациозно, безмятежно оба кита выплыли наружу. Чувство облегчения и восторг захлестнули Джима. Ему хотелось, чтобы он мог уплыть вместе с китами, чтобы открыть многочисленные тайны, всё ещё хранимые океаном.

Но внезапно волна развернула «Баунти», подхватив Джима, и неумолимо потащила его в угол, образовавшийся между створкой дверей и корпусом корабля. Кирк пытался бороться с увлекавшим его течением, но всё было тщетно. Холод и усталость лишили его последних сил. Воздуха в лёгких почти не оставалось.