Лука понял, что самое время проявить настойчивость, пока Двурогий, кем бы он ни был, в прекрасном настроении.

— Я бы порадовался более бурно, — проговорил он, поднеся палец ко лбу. — Но штука, которую твои парни запихнули мне в голову, как-то не располагает к дружеской беседе.

— А-а-а! Узнаю старину Эска! — Теренций встал, раскинув руки, обнял Луку. — Извини, Лука, но я смотрю на тебя, а вижу старого друга! Уверен, в тебе от него куда больше, чем от тебя самого! Ну, как тебя угораздило? — Он хмыкнул. — То есть не тебя, а его.

Лука начал рассказывать о парочке прошлых жизней Эска, Хорвац увлеченно слушал, а когда вошел жрец, вызверился на него:

— Не беспокоить! Вон!

Наверное, Лука — единственный в Империи и Пустошах, кто видел испуганную физиономию жреца. Его и след простыл.

Удовлетворив любопытство Хорваца, Лука решил перейти к тому, ради чего он вообще все это затеял, но начал издалека:

— А девушки? — Он кивнул на юниц, молча стоявших в комнате. — Ничего, что они узнали о нашей истинной сути?

— Рабыни все равно ничего не соображают, а даже если соображают, никому не скажут. Знаешь, мне, как и Эску, больше всего нравится гуманоидная форма. В прошлой жизни я был самкой сарантапода, — он поморщился. — Разумное создание, а все, на что годна, — спариваться и откладывать яйца, оба процесса сопровождаются оргазмом, и это плюс. Да еще и очки Тсоуи, дающиеся за потомство. Сарантаподы вымирали, а я своим яйцекладом внес существенный вклад в сохранение вида. Очков Тсоуи теперь за тысячу, и есть запас, чтобы поиграть в плохого парня, а это всегда интереснее. Да и сама цивилизация забавная. Мне повезло, угодил в годовалого младенца в семье ракантов. Это местные заправилы.

— Семьи, управляющие всем миром. Слышал о них от одного кхара, хотя и не бывал в большом мире, — сказал Лука.

— А зря! Обязательно побывай или вообще махни туда, что ты тут забыл? Цивилизация прилично развита, освоила систему и вот-вот откроет гиперпрыжки. В общем, такой средний уровень, знаешь. Нергал Лучезарный, Эск, как же ты так проштрафился? Тьфу, бездна, Лука, извини.

— Как я понял, инфантилизм, — пожал плечами Лука, смутно вспоминая последнюю жизнь Онегута. — Эск тогда чуть не развоплотился, но с Колесом повезло.

Хорвац-Двурогий-Теренций хлопнул в ладоши.

— Точно, теперь я все понял! Тебе как новичку подарили прокрутку Колеса, и твой талант адаптации тела — отсюда?

— Вроде того, — пожал плечами Лука. — Но я, будучи императором Маджуро, опять проштрафился…

— А вот это интересно! Ты упомянул, но я не сразу дошел. Как ты стал императором?

— Скопировал тело.

— Ха-ха-ха! — пришел в восторг Хорвац. — Ну точно Эск! Иначе и быть не может, этот фокус в его духе! И все же… Очевидно, ты поймал золотой сектор, ведь так? Ты можешь менять тело, приспосабливаться к разным условиям. Шикарно! Хотел бы и я такую способность. Мне с Колесом не везло: то белый сектор выпадает, то вот герой-любовник, оно скорее мешает, чем помогает. А с твоей этой особенностью мы завоюем мир! Что скажешь, брат?

Лука с интересом изучал странника, понимал, что Двурогий… то есть Теренций… то есть Хорвац настроен по-братски, потому что вероятность пересечься с существом твоего вида стремится к нулю. Мало того, Хорвац теперь уверен, что Лука за ним пойдет в огонь и в воду. Наверное, правильнее так и сделать, чтобы использовать ресурс.

— Так ты уберешь подавитель из моей головы? — напомнил Лука. Он все еще относился к Хорвацу настороженно, потому что ощущал себя съяром в гораздо большей степени, чем странником, и никакого родства не чувствовал.

— Прости. Да, конечно, сейчас все сделаем.

Он достал из кармана черную светящуюся коробочку, потыкал, и через минуту появился жрец, но не тот, с которым Лука сюда прилетел. Приложил ко лбу серебристую штуковину, и появилось такое чувство, будто из мозгов выкорчевывают древесные корни. В ушах зазвенело, навернулись слезы. Мгновение — и неприятные ощущения закончились. Железный жгутик, вытащенный из головы, обмяк, медленно втянул сотни щупалец, а следом исчез и сам, втянувшись в серебристую вещь.

— Не расскажешь, что это за штука? — Север указал на коробочку в руках жреца.

Хорвац кивком указал на дверь, подождал, пока слуга удалится, и горячо заговорил:

— Штучный экземпляр! — похвастался тот. — Клянусь Пресвятой матерью, такая только у меня и… все. Больше ни у кого нет. Нашли на арийской базе давным-давно, лет десять ковырялись, пытаясь понять, не поняли и бросили на складе. Когда я здесь появился, первым делом организовал ревизию и заинтересовался. Арии были мастера шифрования, но и у меня вторым талантом Колесо выбросило понимание сути вещей. Я разобрался, как она работает, и научился использовать. Назвал его ментальным подавителем.