Проснулся с глухим вскриком.

– Асти, что такое, милый? – Мама кинулась ко мне и обняла за плечи.

– Дурной сон, - ответил я, а взгляд упал на два тонких браслета, обхвативших запястья. Сон? Нет, это правда. Отец решил, что моя сила слишком опасна, а значит, ее надо ограничить. Все события вчерашнего дня вспоминались урывками. Там, в домике Арды, я тоже спал, когда послышался шум. Что было дальше? Голова тут же отозвалась глухой болью. Я помнил только, как уводили Берта. И, конечно, ощущение собственной беспомощности с этими двумя полосками металла на запястьях. Кажется, теперь оно будет преследовать меня всегда.

– Асти? – Мама не сдавалась. Она вглядывалась в мое лицо, словно надеялась в глазах прочитать ответ на мучивший ее вопрос.

– Все в порядке, мама, - спокойно ответил я и отвернулся на другой бок. Стимула вставать с постели не было. Ничего больше не было, только пустота. И надо научиться с нею жить.

Теплая ладошка мамы коснулась плеча, затем провела по голове.

– Все будет хорошо, милый, - пообещала мама.

Как легко обещать что-то бесполезное и бессмысленное! Просто слова. Ничего, кроме слов. Я не ответил. Тупая боль в висках тоже никуда не делась. Не хотелось лишний раз шевелиться. А изнутри медленно и неуклонно поднималась волна злости. Почему? Почему я должен мириться с тем, что меня оставили без магии? Кто дал отцу право принять такое решение? Это мерзко!

Тихонько хлопнула дверь. Мама ушла. Я приблизительно знал, что она будет делать – минует несколько длинных коридоров, чтобы добраться до кабинета крона, и сообщит ему, что я проснулся. Скорее всего, он придет сразу же. Отец? Нет, называть этого человека отцом мне больше не хотелось. Хватит!

Как я и предполагал, десять минут спустя послышались другие шаги. Это уже был крон. Он открыл двери, постоял на пороге, наблюдая мою спину, потому что оборачиваться я не собирался.

– Как ты себя чувствуешь? – долетел вопрос, который поднял изнутри волну бешенства.

– Как я себя чувствую? – подскочил на ноги. – О, просто замечательно! Учитывая, что ты меня оставил без силы.

Отец спокойно смотрел на меня, будто ему было все равно. Хотя, разве не так? Разве ему не плевать на меня? Плевать!

– Астар, давай поговорим без лишних эмоций, - холодно произнес он, присаживаясь в кресло.

– Давай. – Я опустился на край кровати. – Слушаю вас, ваше величество. Очень внимательно.

– Зачем ты так? – В голосе отца прозвучала усталость.

Я промолчал. Хочет говорить – пусть говорит, а я послушаю. Крон, видимо, понял, что ответа от меня не добьется, и продолжил сам:

– Асти, эти браслеты – временная мера, пока твоя магия не успокоится. Ты же понимаешь, насколько это опасно.

– И насколько удобно! – Я все-таки не выдержал. – Правда? Не надо думать, не потеряю ли я контроль. Лишний раз беспокоиться. Можно просто оставить меня без силы. Так легче. Как еще не запер в тюрьму, как Берта? Это вообще был бы прекрасный вариант! А потом, на старости лет, выпустил бы, если бы не появился другой наследник.

– Ты неправ.

Я уже видел, что отец злится, но пока что тот держал себя в руках. А я вот нет. Долго сдерживаемый гнев рвался наружу. Казалось, еще немного, и браслеты-ограничители вспыхнут, от них повалит дым. Но нет, держались.

– Неправ? – Я почти кричал отцу в лицо. – Мне надоело! Надоело, что ты все время решаешь за меня, как будет лучше. Я не твоя марионетка, не кукла, а живой человек.

– Асти, я беспокоюсь не о себе, а о тебе. Ты ведь понимаешь…

– Что? – спросил упрямо. – Понимаю что?

– Ты можешь сам пострадать от своей же магии.

– Да? Мне уже пятнадцать лет, и еще ни разу я от нее не страдал, даже в детстве. Так что ты лжешь. Но знаешь, я начинаю привыкать к твоей лжи. А может, мне просто становится все равно?

– Хватит, Астар! – Голос отца громыхнул так, что отозвался эхом от стен. – Ты не имеешь права говорить такие вещи. И вести себя, как капризный ребенок, тоже. О чем ты думал, когда бежал из дворца? Или о ком? Только о себе! Не нравится, что я тебя воспитываю? Так я твой отец! Но нет, ты решил, что пятнадцатилетний мальчишка с аномальной магией может бродить один по всей Арантии. И как, понравилось? А если бы Берт не притащил тебя к Аланелу? Что тогда? Ты всех подставил под удар, Астар. Нас с матерью, сестру, Берта, Аланела. Всех! О ком же ты заботился? Не о себе ли?

Я закусил губу. Гнев жег все сильнее – и выжигал. От меня и так мало чего осталось за эти дни. Права была Арда! Полностью права. И с ограничителями, и с Бертом. Она хорошо знала своего сына.

– Будешь давить на совесть? Ну-ну, - фыркнул я.

– Давить? – Отец сжимал кулаки. – И не собирался. Просто хочу, чтобы ты осознал для себя, какую ошибку допустил. И понял, почему я так поступаю. Но, видимо, зря. Хочешь, чтобы я оставил тебя в покое? Оставлю, только потом не реви, когда кто-то снова заплатит за это жизнями.