— Ты прав, — согласилась Юджиния. — Ронду столкнули в воду после того, как она выставила картину в «Полуночной галерее». Но какое отношение имеют картины к смерти Дэвентри?

— Я уже голову сломал, размышляя над этим, — признался Сайрус. — Пытаюсь взглянуть на все под новым углом, ищу какую-нибудь зацепку, которая поможет связать три смерти.

— Три смерти? Но умерли только Дэвентри и Нелли.

— Не забывай о Леонарде Хастингсе.

— Он же умер от сердечного приступа.

— Вскрытие не делалось. Лечащий врач удовлетворился таким заключением, поскольку у Хастингса были серьезные проблемы со здоровьем, а больше никто вопросов по поводу его смерти не задавал.

— Но как убийца сумел имитировать смерть от сердечного приступа?

Сайрус пожал плечами.

— Хастингс принимал много лекарств. Кто-то мог заменить обычные таблетки на нечто другое, может, на один из наркотиков, принадлежавших Дэвентри. Одному Богу известно, как это могло подействовать на старого Леонарда.

— Очень странная версия, Сайрус.

— Знаю. Я лишь пытаюсь отыскать новый подход к делу.

— Между прочим, так поступает любой художник. Это называется творческим процессом.

— Называй меня Микеланджело.

Юджиния напрягла зрение, пытаясь рассмотреть в темноте выражение лица Колфакса, но тщетно.

— Ты понимаешь, о чем говоришь? — спросила она. — Если существует убийца, он или она могут быть кем-то из местных. Кто живет на острове и у кого был зуб на Дэвентри.

— Очевидно, здесь хватает людей, которые недолюбливали хозяина Стеклянного дома.

Юджиния поежилась.

— И что нам дает твоя новая теория?

— Она вызывает у меня вполне определенное желание: я хочу, чтобы ты уехала отсюда. Можешь отправиться в Сиэтл завтра, вместе с Риком, а я попрошу Стрэдли тебя встретить. Он присмотрит за тобой, пока я не разберусь тут со всеми делами.

Юджиния на несколько секунд потеряла способность думать и говорить, но когда дар речи к ней вернулся, она гневно прошипела:

— Так просто ты от меня не отделаешься.

— Пойми, мне нужно работать, а я не смогу, если буду опасаться за тебя.

— Кто сказал, что ты должен обо мне беспокоиться? Я уже много лет сама забочусь о себе.

— Но раньше тебе не приходилось думать о том, как защититься от убийцы.

— Убийца, если он существует, охотится не за мной. Он хочет расправиться с теми, кто мог видеть что-то в ночь убийства Дэвентри.

— Верно. Хотя он может начать охоту и за теми, кто задает слишком много вопросов о смерти Дэвентри. Поэтому лучше отправить тебя подальше отсюда.

— Я очень тронута твоей заботой, — сухо процедила Юджиния, — но с острова я не уеду.

— Юджиния, конечно, я поступаю не по-джентельменски, однако если здесь начнется заваруха, то я все же намного крупнее тебя.

— Может, ты и крупнее, зато я быстрее двигаюсь. Сайрус молниеносно вскочил с кресла, и Юджиния, не успев даже сообразить, что произошло, очутилась в его объятиях.

— Ну хорошо, я согласна, когда нужно, ты можешь двигаться очень быстро, — с трудом выдавила она, едва дыша. Сердце у нее колотилось, ладони покалывало от возбуждения.

— Все дело в мотивации, — сказал он. — А мотивация у меня сейчас такая, что только держись.

Лица Колфакса она не видела. Полоска света из-под двери позволяла различить лишь блеск его глаз. Юджинию пьянили ощущение тепла и силы, близость его тела и откровенное желание.

— Межличностные конфликты так не решаются, — предупредила она.

— Ты следуешь своей теории менеджмента, — пробормотал Сайрус, прижимаясь к ее губам, — а я — своей.

— Кажется, я говорила тебе, что с помощью секса ты не добьешься, чтобы я поступала по твоему желанию.

— А что, если я хочу, чтобы ты занялась со мной любовью?

— Ну это особый случай, — прошептала Юджиния.

— Я так и думал, что для подобного случая ты сделаешь исключение.

Она сразу поняла бесполезность попытки образумить его, в этот момент Сайрус был глух к аргументам рассудка. Поэтому Юджиния обняла его за шею, ответила на поцелуй, моментально почувствовав, как по телу ее пробежала уже знакомая волна возбуждения и радостного ожидания. Сайрус шагнул в сторону и, увлекая ее за собой, опустился на разложенный шезлонг. Она оказалась сверху и тут же ощутила, как сильно он ее хочет.

Сайрус просунул руку ей под халат, и Юджиния тихо вздохнула, когда теплая ладонь охватила ее грудь. Потом он провел большим пальцем по соску. Юджиния хотела произнести его имя, но издала лишь какое-то неясное восклицание, после чего впилась ногтями ему в плечи.

— Леди, вы опасная женщина.

«Только с тобой, — мелькнуло у нее в голове. — Интересно почему?»

Однако вопрос мгновенно улетучился из ее сознания. Торопливо расстегнув ему рубашку, Юджиния с удовольствием положила ладони на его обнаженную грудь. Ей нравилось ощущать его кожу, его тело, его запах, его силу.