— Почему же? Выходить с плакатом не актуально только в том случае, если страной управляет Парламент. Мощная правительственная машина, которая проедет по тебе и даже не заметит. Либо газовыми гранатами закидают, а потом всех пересажают, либо сделают вид, а затем накормят обещаниями. Второй способ работает всегда. Но в Японии есть Император. И сейчас, когда Великого Государя не стало, власти в меньшинстве. Им не у кого попросить помощи, поэтому они вынуждены самостоятельно решать подобные проблемы. И именно поэтому народ выходит митинговать. По сути… Не будь крота, Принцу Хато достаточно было бы просто появиться и поговорить с людьми.

— Чтобы началась гражданская война? — удивился Ноир.

— А она в любом случае будет. Совсем скоро, вот увидишь. Сейчас выходят с плакатами… А завтра возьмутся за оружие. Так себе перспектива, если сейчас ничего не предпринять.

Заехав в цветочный магазин, и купив букетик по пышнее, мы направились в сторону госпиталя.

Дубровская ещё вчера вечером прислала сообщение, что врачи довольно быстро поставили её на ноги, а рука оказалась вообще простой в эксплуатации. Новость приятная, но торопиться с возвращение в офис я не хотел. Как я уже неоднократно говорил — нас ждут трудные времена, и жертвовать хорошими бойцами за просто так, очень не хотелось.

— Жди меня здесь. Я постараюсь побыстрее. — кинул я Ноиру, и вышел из машины.

Кстати, от былого столпотворения не осталось и следа! Видимо большинство раненых уже отправили по домам. Или же они просто погибли…

Дубровская ожидала в своей палате. Сидела возле окошка и читала книгу, но заметив меня, тут же изменилась в лице, скромно улыбнувшись:

— Доброго дня, Босс! Говорят, вы там без меня Европу штурмовали?

— Да… — я торжественно вручил ей букет: — Не обошлось без кровопролития! Попытались поставить на твое место другого русского офицера, но ничего не вышло. Ты у нас незаменимая.

— Это какого? — удивилась Мария, поставив букет в вазочку.

— Майор Новак! Она влюбилась в меня и теперь пытается преследовать. Как же я устал от этой бешенной популярности…

— Император привязал?

— Ага… Но думаю, что это ненадолго.

— Вряд ли. — вздохнув, Дубровская вернулась в кресло: — Павел всегда очень бережно относится к своим вещам.

— Ты это к чему?

— К тому, что Княжна принадлежит Императору. Всегда принадлежала и будет принадлежать. Мне очень жаль Босс, но такова правда. Однако меня очень смущает другой вопрос…

— Какой же?

— Новость о том, что Княжна вернулась в Империю довольно быстро распространилась по всем каналам и источникам. То, что Её Высочество покинуло Токио, восприняли… с непониманием. К тому же всем известно, что это произошло по приказу Императора.

— Не понимаю… Что это значит?

— То, что Княжна была, чем-то вроде щита для Японии. Никто в своем уме не сунется к Её Высочеству, потому что прекрасно понимают, что папа может оторвать голову и вырезать весь род, разрушить корпорацию, стереть с лица земли целую страну. Ему не сложно! И в ситуации, когда Япония лишилась Императора, а затем ещё и основной Наследник отказался от Престола… Выглядит, словно Павел решил отречься от дружбы с этой страной и подставить её под удар. Кланы, осознав, что их ГЛАВНОГО ДРУГА больше нет, могут взбунтоваться. Считайте, что сейчас небольшое затишье перед бурей. И если Принцесса Аюми ничего не предпримет — быть беде. — пояснила она, пожав плечами: — Вы стали участником истории. Но тем самым, пошли против своих принципов.

— То есть, теперь мне придется всем помогать? Ты это имеешь ввиду?

— Не всем, а только тем, кто в будущем сможет вам помочь. Как обстоят дела с Престолом Японии? Есть хотя бы маленькие намеки на то, что там происходит?

— Я скажу больше — со мной связался Принц Хато…

— О, боже… Как такое произошло?

— Ну, там долгая история. Я встретился с выжившими планетоидами. Потом… Мне пришлось убить свою подругу детства из-за того, что Маргарет внушила ей, будто я великое зло…

— А разве это не так?

— Шутница, блин… Между прочим, мне было грустно. Стоп! А ведь я даже не убил её! Она сама взорвалась. И друга малолетнего прихватила с собой в ад… Грустная история. Так вот, как выяснилось — Хато подставили. Судя по всему, и здесь замешан Орион, но пока мы не найдем исполнителя — ничего не поймем.

— Вот оно как… Ваша жизнь бьет ключом. Вы бы только не забывали о простых вещах. — с улыбкой произнесла она: — Когда я была молодой, мне казалось, что жизнь бесконечная. Что старости не существует. Что я всё успею… Но затем, в один миг — хоп! И тебе сорокет. А потом тебя душат мысли, куда я потратила жизнь? Что вообще со мной происходит? Кому я нужна? И… в итоге ты не находишь ничего лучшего, как продолжать заниматься тем, чем занимался всю жизнь.

— Ну…

— Вы не проходили тот период, когда слишком поздно.

— Я приехал с рыбалки. Я отдыхаю.

— Утешаете себя? — улыбка Дубровской становилась всё шире и грустнее: — Можете врать себе, всё, что угодно. Можете говорить, что всё ещё будет. А… ничего не будет. Вы сейчас не цените момент. И самое страшное то, что, как я уже сказала — Император искренне верит в то, что Княжна, это его собственная вещь. Он никогда не отдаст своё сокровище! В этом вся соль. Её с детства дрессировали. Не воспитывали, а именно дрессировали. Занимались внушением! Император растил идеальную замену, которая в тридцать три года взойдет на престол. Но вы сломали его гениальное творение. А знаете, что происходит с гением, когда его произведение искусства ломают? Истерика! Самая натуральная истерика, которая переходит в паранойю. Он не увёз её домой. Он забрал свою вещь обратно, поняв, что теряет над ней контроль.