— Ты просто ничего не понимаешь в истинной романтике!

— Да неужели? — я щелкнул пальцем и журнал тут же загорелся.

— НЕЕЕЕТ!!! — не своим голосом заверещала Кин-тян, и хотела потушить, но Ноир удержал её на месте.

— Какой кошмар… Кин-тян, я же так верил в тебя! Ты — новый герой этого города. Лучшая ученица Судзуки-доно… Сильнейшая студентка Академии. Гордость своей семьи и… Что в итоге? Ты так низко пала…

— Я буду жаловаться!!! Госпожа Стоун на моей стороне!!!

— И на моей тоже. Давай… Говори, кто в вашем кружке занимается похабщиной, и мы на этом закончим.

— Я ни за что не сдам своих!

— Даже вот за эти фотографии, которые я конфисковал у Минами? — я вытащил пачку фотокарточек, которыми предательница расплатилась за свой косяк на даче у Сузуму.

— Хасэгава Мегуми! Это она рисует… А, я просто распространяю! И никуда, за пределы Академии додзинси не уходит! Клянусь! — выпалила она, словно наркоман, глядя на набор картинок.

— Боже… — огромный крисс-меч только что вонзился мне в спину. От собственного сотрудника я такой подставы, ну никак не ожидал… Весь мир перевернулся, а земля окончательно ушла из-под ног.

— Могу я забрать… карточки? — умоляюще глядя на меня, спросила Кин-тян.

— Забирай. — я кинул ей в руки конверт: — И учти… Будешь заниматься, чем-то подобным — получишь на орехи!

— Я больше не буду! Честно…

— Смотри мне. — холодно ответил я, и перекинув ногу на ногу, проводил диллера запретных комиксов взглядом: — Что будем делать, Ноир?

— Выпотрошим все органы, а кости измелем в муку и будем удобрять пшеничные поля.

— Так себе вариант… Надо бы проучить, но так, чтобы она потом не сбежала с работы.

— Может быть, стоит просто поговорить? Вашими выходками, судя по рассказам подружки Господина Фудзиты, вы не добиваетесь должного эффекта. Вас должны бояться и уважать, а не переживать из-за невинной шалости.

— Мы в Академии. Они же дети…

— Наглые и невоспитанные отпрыски жадных лежебок, что из эпохи в эпоху узурпируют власть, отбирая себе всё лучшее. Где справедливость, Милорд?

— Нет и никогда не будет! Забудь об этом. А вот насчёт поговорить… тут, я думаю, мы сможем воздействовать не только силой убеждения. Ладно, ты иди пока передохни малость… А то поди не выспался. — усмехнулся я, на что Хранитель лишь многозначительно промолчал.

Вручив ему складной стул, я направился в сторону общежития Альф-третьегодок. Надеюсь, что Мегумичка ещё не учесала на работу, а то они с Генгсоу пашут без выходных. Как бы потом творческого перегорания не было…

«ЦКДЫЩЬ!» — раздалось откуда-то сзади.

Повернувшись, я увидел, как Мисс Смит отобрала складной стул, встала на него и зарядила Ноиру хлесткую пощечину, а затем что-то разъяренно пискнув, потопала к одному из учебных корпусов. Хранитель постоял немного, всё переварил в голове, и неторопливо направился в сторону общежития преподавателей. Столько лет живёт, а девичью суть так и не познал… Странный он.

Зайдя в общежитие третьего курса, я тут же почувствовал знакомый аромат и увидел, как ко мне на всех парах несется подозрительно счастливая Оливия. Налетев, она крепко обняла меня и едва не поцеловала в засос.

— Спасибо… — тихо прошептала она, и так же быстро выскочила за дверь.

ЧТО. ЭТО. БЫЛО?! Черт побери, я совсем запутался в этих женщинах. Может быть Ноир не такой уж и дурак? Может быть, за своё долгое бытие он осознал, что женщин просто невозможно понять и забил? Как говорится — если хочешь сберечь нервные клетки, то просто забудь.

То нервно дуется, то хочет задушить обнимашками… Женщины.

Подойдя к двери, я сперва задумался — а, как я вообще ей всё это выскажу? С чего начать, чтобы не показаться слишком грубым. Да, я прекрасно понимаю, что это чистой воды фарс, но с другой стороны — человек занимается тем, что любит. Личная жизнь должна быть у каждого. Просто… Не нужно приплетать реально существующих людей в свои фантазии. Да и стоит отметить, что именно благодаря Мегумичке мы сейчас активно сотрудничаем с мощными игровыми корпорациями! Она моя золотая антилопа и сориться с ней из-за нелепых журналов я точно не хотел.

Постучавшись, я прислушался… Да, началось копошение, и спустя пару секунд ко мне выглянула заспанная зеленоволосая стримерша.

— О, Босс… — улыбнувшись, произнесла она: — Вы, это… Типа с добрым утром пришли сказать?

— Типа нет. Я пройду?

— Это… У меня бордачельник восьмидесятого уровня! Я реально стесняюсь.

— Не стесняйся. Нужно поговорить. Дело касается твоего… творчества.

— В… Вы про что?.. — напряженно сглотнув, уточнила она.

— Про «Мой лунный свет». — моё лицо самостоятельно искривилось от одного лишь упоминания этой ереси: — Так что… Я могу зайти?