Шрифт:
— Вот и всё. — с улыбкой приведя передачу в порядок, произнес я, и начал вновь набирать скорость.
Но перехватчик не был финальным боссом этой гонки. Впереди стоял довольно плотный заслон из автомобилей… Ситуация была совершенно безысходной.
— Мон! А ты же умеешь летать без крыльев?
— Я могу отключить гравитацию… А, вам зачем?! И почему вы не сбавляете скорость?!
— Приготовься, если что, поднимать автомобиль…
— ВЫ С УМА СОШЛИ?!
— Уже давно… — я выбрал цель и погнал прямо на неё. Полицейский, что сидел за рулём, начал нервно перебирать пальцами по рулю. А я и не думал останавливаться, вперив взгляд в свою жертву. Давай же!
Однако вместо одного, в разные стороны разъехалось аж пять машин, и мы спокойно проскочили дальше.
— Слабаки! — злорадно захохотал я.
— Вы безумец… Просто безумец. — вздохнула Грейс и взглянула на экран телефона: — До отворота осталось всего пятнадцать километров. Предлагаю включить дымовую завесу!
— Прости, но это не типичный «Мартин» Бонда. Так что такого тут просто нет.
— Зато есть у меня. Это же не будет считаться, что мы им угрожаем, верно?
— Думаю, после того, что мы сейчас устроили — ничего страшного уже не будет…
Грейс открыла окошко, и выставив руку на улицу, начала генерировать облако из темно-серого дыма. Очень повезло, что я видел хотя бы очертания дороги, поэтому максимально замедлился и свернул на второстепенку.
Да уж… Дорогой эту грязь назвать было сложно, однако сверху нас закрывал довольно плотный настил из веток.
Полиция пролетела дальше вместе с вертолетом, а мы на всех парах понеслись в сторону частного аэропорта.
— Скажите, Хозяин… А, когда всё это закончится… Можно я приглашу вас выпить пару стаканчиков пенного?
— Пенного? — задумчиво спросил я, свернув по указателю направо: — Знаешь, я буду только «за». А ещё я всё хотел съездить на рыбалку с мужиками. Наверное, будет не очень компетентно приглашать туда и тебя? Просто… Мон, вот честно! Ты теперь для меня особенная.
— Особенная?! — на щеках Хранительницы выступил легкий румянец: — Можете пожалуйста подробнее…
— Ты теперь… мой новый бро!
— Кхе… — мне показалось, что я услышал, как сердце невинной древней девушки-насекомого только что разбилось на миллиард осколков. Вяло улыбаясь, она облокотилась на спинку кресла и невидящим взором уставилась в окно: — Бро… Это так… Мило…
Как только отвратительная дорога закончилась, и началось жалкое подобие асфальта, я увидел вдалеке взлетно-посадочную полосу и небольшой зеленый домик. Чуть поодаль стоял миниатюрный пассажирский самолет. Возле ветхих ворот нас уже встречал добродушный дедушка с длинной седой бородой.
— Отлично! Теперь осталось долететь до Швейцарии, а затем вернуться домой. Всё просто! Мон, ты рада? — я ткнул пальцем превратившуюся в разочарованную мумию Хранительницу.
— Весьма… Ведь бро вынуждены радоваться вместе…
Глава 8
Как сказал один замечательный деятель культуры — люди лишь гости в нашей жизни. Кто-то заглядывает, а затем сразу уходит. А кто-то задерживается надолго, оставляя после себя незабываемый след. Как клеймо…
Минами прекрасно осознавала, что к этому всё и придёт. По сути, было глупо верить, что за подобную выходку её просто так простят. Но тем не менее, слышать подобное от Оливии было очень больно…
— И никогда… Хорошенько запомни это! — Госпожа Стоун впервые выглядела настолько безразличной и совершенно холодной. Нет, Минами и раньше видела эти страшно бесчувственные глаза, но обычно они так смотрели на работу в Совете, на какие-то личные дела, на бесконечную толпу кандидатов в женихи, но никак не на неё: — Не смей ко мне подходить. Поняла?
— Да… Госпожа Стоун… — выдохнула Минами. И почему ей сейчас так сильно хотелось разреветься? Это странное чувство обиды, когда осознаешь, что виноват во всем сам, но уже ничего не исправить больно жгло изнутри.
— Прекрасно! Желаю удачи в поиске нового агента. — хмыкнув, произнесла Оливия, и взмахнув идеальными волосами, резко вышла из комнаты. Никакой больше влюбленности и помешанности… Никаких больше вечерних посиделок со сплетнями.
Минами использовала Оливию и играла на её чувствах, но сама не успела заметить, как та стала для неё довольно близким человеком.
Обидно…
Тяжко вздохнув, девушка упала на кровать и закрыла глаза. В итоге все её действия никак не способствовали сближению с Ичиро, а только портили всем окружающим жизнь. Минами привыкла считать себя хорошим человеком. Вернее, отец так внушил… Вся такая улыбчивая, солнечная, добрая и вежливая. Но если присмотреться — просто маленькая пакость, которая не думая погружает в дерьмо всех, кто её окружал. Наверное, желание перевестись в Академию было ошибкой. Ичиро на неё уже давно забил… А, все её попытки добиться его внимания лишь усугубили положение.