— Всё в порядке, — кивнула ему леди Морвен. — Посты проверьте и тоже ложитесь. Ребята говорят, что в тоннелях почти спокойно. Утром ещё подумаем. Может, и действительно, нет смысла сидеть здесь ещё сутки.

Даже толком не раздевшись, ребята провалились в сон. Не сон — тёмное усталое забытьё. Последние четыре часа стоили им больше, чем иная неделя.

***

Элле проснулся от чьего-то прикосновения. А может быть, от взгляда.

Последний раз он так по-человечески спал… собственно, вчера, в гостинице базы. Но это было так давно, как будто прошёл месяц. Странно, совсем не холодно. Оказывается, кто-то укрыл его таким же ковриком, на каком он лежал, только не надутым.

Подняв руку, обнаружил, что массивный пластиковый нагрудник снят, воротник мастерки слегка расстёгнут. Открывать глаза не хотелось; обволакивало ощущение покоя и безопасности.

Безумное путешествие внутри корня, рука Дэна, ящик, последнее сражение, могила… Всё виделось как-то отдалённо, словно со стороны. На секунду захотелось снова заснуть. Он вздохнул, открыл глаза.

В трубе стояла всё та же полутьма, но со сна казалось, что стало гораздо светлее. Он различил не только силуэт, но даже лицо сидящей напротив леди Морвен.

— Проснулся, воин? Почти десять часов проспали.

Элле попытался сесть, скривился от боли в ноге.

Проклятая тварь как-то извернулась и укусила его за бедро почти сзади. Или ужалила? Неважно, больше у неё такой номер не пройдёт.

— Очень интересный амулет у тебя.

Элле провёл рукой по груди, нащупал камень, во сне выпавший из ворота.

— Это… семейная реликвия. Очень старая.

— Можно посмотреть?

Элле снял шнурок, подал леди Морвен. Она долго внимательно рассматривала камень, оправу в виде птицы; о чём-то вспоминала. Потом вернула амулет.

— Эльфийская работа. Берилл. Он и в самом деле очень старый.

— Мама сказала — в нём почти нет магии. Просто память. А сколько ему лет?

— Память иногда важнее магии. А лет… Вряд ли кто-то скажет точно. Я думаю, не меньше десяти тысяч.

— Разве такие бывают?!

— Чего только не случается… Ты не бывал в Гондоре?

— Нет.

— В развалинах Белой крепости есть башни. Одна — пустая уже много веков. А две стояли закрытые, с наложенными заклинаниями…

— Я читал. Одну попробовали открыть — она рухнула.

— Да. Не вся, но… Так вот, третья стоит до сих пор. Королевская башня — так её называют. Могу поклясться, что над входом в неё высечен на камне точно такой же орёл. Один в один. Когда я была маленькая, мы часто там бегали.

— Но вроде бы башни не такие старые… Почему вы думаете, что ему больше десяти тысяч?

— Башни тут ни при чём, просто совпадение поразительное. А возраст… Способ изготовления, структура. Это так называемая эльфийская ковка. Термин такой. На самом деле, кто их делал — неизвестно. В музеях встречаются такие же старые артефакты: оружие, украшения. Их все датируют восьмым тысячелетием до новой эры и ранее. Тебе мама его дала?

— Ну да. На самом деле оно от отца, а у него — от деда.

— К счастью, некоторые вещицы можно передать… Ну, подъём? Тебя ещё подлечить надо.

— Я сам справлюсь. Там у Рори раны посмотрите.

— Обратный путь может оказаться не проще. Если что-то нужно — скажи. Чуть позже всё подробно обсудим: что там наверху, что в шахте. Что вы о пауках узнали, о корнях…

— Да пауков-то мы всего двух и видели. И то издали.

— Эти чёрные — тоже пауки. Ладно, приводи себя в порядок, пойду Тани будить.

За завтраком, вернее уже обедом, леди Морвен устроила ребятам подробный допрос. Она выудила из них всё: и про сны, и про поездку в Форлин, и про поиски кольца, и про визит в арнорскую штаб-квартиру Компании. Заставила чуть ли не по минутам вспомнить путь по подземелью. Единственное, что осталось ей неизвестным, — что ребята читали её записи о кольце. Как-то к слову не пришлось.

Посовещавшись с Кирком и Бартом, она приняла решение выступать сегодня же.

Народ, с самого утра сидевший как на иголках, с энтузиазмом кинулся укладывать рюкзаки. Собственно, всё было давно готово. Большую часть скарба было решено оставить на месте: чтобы иметь убежище на самый неблагоприятный случай, если вновь придётся отступать и прятаться.

Все свои съестные припасы ребята ещё ночью отдали «узникам подземелья», а сами теперь хрустели чипсами, на которые никто, кроме них, почему-то смотреть не мог.

Рори с утра пообщался со своими, и теперь вкратце пересказал ребятам историю их подземной эпопеи. К сожалению, гномы сами не участвовали ни в первой схватке, ни в отчаянной вылазке после бунта, устроенного Далласом, стоившей четырёх жизней, так что никаких военных подробностей Рори узнать не смог.

Гномы внимательно осмотрели пластиковый нагрудник Рори и соорудили по его образцу несколько странных приспособлений, сделанных из металлических пластин в полпальца толщиной.