– Света! – сказал Каратист на Зойку.

– Зойка! – сказал он на Свету.

– Виолетта! – еще до истечения минуты определил он.

Кривуля тоже перепутал Светку с Зойкой, но безошибочно узнал Виолетту.

– Она совсем по-другому делает, – сообщили соревнующиеся свои впечатления Алексу. – Ни с кем спутать нельзя!

– Что она такого особенного делает! – в сердцах переглянулись проигравшие. Победительница скромно улыбалась своей особенной томной улыбкой. Судья протянул ей два стольника, но Виолетта покачала головой.

– Это девочкам.

Благородство и щедрость несколько смягчили сердца побежденных, и они изъявили желание продолжить состязание. Теперь девочки, наклонясь, пятились к испытательным приборам и, в минимальной степени помогая себе руками, насаживались на них. Контакт тоже продолжался ровно минуту. И снова победительницей вышла Виолетта, хотя на этот раз результат оказался не столь наглядным – узнал ее, а может, угадал, только Сергей. Приз вновь был пожертвован проигравшим.

Закончили «ромашкой». Девочки стали вокруг журнального столика, упершись в него руками, а Кривуля и Каратист пошли по кругу, пропорционально своим симпатиям уделяя внимание каждой из дам. Расстроенный Алекс, проклиная старшего товарища, наблюдал за происходящим из глубокого кресла. Симпатии явно сосредотачивались на победительнице предыдущих конкурсов, и закончили свое путешествие оба именно на – ней.

Виолетта первой отправилась в душ, подавая пример товаркам, которые тоже двинулись следом.

– Для «ромашки» баб мало, – сообщил Кривуля. – Со мной на зоне мужик чалился, он Братскую ГЭС строил. Там, говорил, их штук по пятнадцать ставили.

– Можно и здесь поставить, – равнодушно сказал Сергей...

– А в «девятку» там так играли, – когда массажист начинал свои рассказы, сбить его с мысли было невозможно. – Девять баб в круг, каждый участник кладет деньги в пивную кружку, а кружку ставят девятой на спину. И поехали – по три качка каждой, кто на девятой кончил – забрал приз себе.

– А бабам отстегивали что-нибудь? – поинтересовался Алекс.

Кривуля задумался. Он любил точность.

– Не говорил. Но я думаю – вряд ли.

– Ты лучше скажи, как тебе Виолетта? – перебил Кривулю Сергей.

– Класс! – тот закрыл глаза. – Даже потраченных бабок не жалко! Хотя... Он улыбнулся пришедшей мысли.

– Мы их у этих мартышек отберем! Раз они их не выиграли, а за просто так получили, это будет справедливо! Кстати, если в тюрьму попадете, на «просто так» в карты не играйте!

– Почему? – удивился Сергей. – А если бабок нет?

– Да потому, что это подлянка! – азартно объяснил массажист. – Новичка зовут в карты играть, он так и говорит: мол, денег нет, сигарет нет, чая нет, харчей нет... Ничего, короче, нет! А его успокаивают: тогда сыграем на просто так. Лады? Лады! Откуда ему, бедолаге, знать, что это на жопу игра! Это он потом узнает, когда проиграет да отпетушат его всем кагалом...

– Подожди, – встревожился спортсмен. – А как тогда говорить надо? На что играем?

– Так и говорить: ни на что. Ясно и понятно.

– Нет, – Сергей покачал головой. – Если там так к словам прикалываются, то все равно правым не окажешься. Что захотят, то и сделают.

– Не скажи, – возразил Кривуля. – Есть закон. Есть Смотрящий. Правда... Он поскучнел:

– И там закон нарушают. Беспредела сейчас много. По закону вообще петушить нельзя. Кроме как за дело. Если насильник попадется, особенно который детей... Того проткнут по всем правилам. А так – нельзя. Потому что каждый обиженный – это помощник ментам. Люди от него отвернулись, он к ним не идет, начинает стучать, в оперчасть бегать... Кривуля тяжело вздохнул:

– Хотя... Не обязательно петухи стучат. Менты умеют подбирать ключики, правильных ребят иногда ссучивают. Вот мы сидим здесь, болтаем, все свои, никого постороннего, а может, завтра мусора все про наши разговоры узнают!

– Как узнают? Откуда? – переспросил спортсмен.

– Очень просто. Может, стукнет кто. Вдруг, ты стукач или он, – Кривуля показал на Алекса. – А может, я. Откуда ты про меня знаешь, а я про тебя? Я только про себя наверняка знаю...

Вернулись девчонки, и принявший опасное направление разговор прекратился. Подобные выяснения очень часто кончаются драками, а то и поножовщиной. Потому что в преступной и околопреступной среде «стучат» очень многие. Причем хорошие информаторы законспирированы настолько, что на них никто не может подумать. Блатные это знают, а потому думают на каждого. И часто ошибаются.

– Пойдем ко мне, – пригласил Кривуля. Он явно не перестал получать удовольствие от нового помещения. В спорткомплексе уже никого не было, дежурная сидела на выходе, в вестибюле. Не встретив ни одного человека, компания прошла по застеленному скользким линолеумом коридору к еще не покрашенной двери. Кривуля отпер замок, и они вернулись в пристройку.

– Класс! – сказал Алекс. – Когда хочешь приходишь, когда хочешь уходишь... И не видит никто!

– Да! – кивнул гордый хозяин. – Тут такие бардельеро можно устраивать...