Люди, стоявшие на пороге, промокли, с одежды ручьями на пол лилась холодная осенняя дождевая вода, но оба, словно не замечая этого, почтительно поклонились хозяйке. Когда они сняли капюшоны, то Биргитт лишь судорожно вздохнула. Вместе с Ульфом к ним пожаловал сам правитель, перепутать его с кем-то было бы очень сложно. От смущения женщина не знала, как себя вести: то ли кланяться и ждать повеления, то ли проводить гостей в дом и подогреть им ужин. Из неловкого положения ее вывел сам Хальвард:

— Рад знакомству, почтенная госпожа Биргитт. Ульф много рассказывал мне о вас и вашем гостеприимстве. Если позволите, мы хотели бы немного согреться и переодеться.

Щеки Биргитт вспыхнули, и она поспешила обустроить путников. Пока сонная прислуга накрывала на стол в гостиной и готовила спальни, Хальвард молча прошел к камину и легким движением пальцев заставил дрова вспыхнуть теплым желтым пламенем. От огня по комнате тут же поползло блаженное тепло, а с кухни уже доносились ароматные запахи разогретого пирога с зайчатиной и печеной картошки. Биргитт хотела было удалиться сразу же, как только убедилась, что гости обустроены, но Ульф пригласил ее остаться и поужинать с ними.

Хозяйка во все глаза рассматривала правителя, которого до этого видела лишь издали во время городских праздников, но много слышала самых невероятных рассказов о нем. Хальвард показался ей странным: на вид обычный человек, но рядом с ним воздух словно подрагивал, как над полем в знойный день. Впрочем, ей могло просто почудиться.

— Благодарю вас, госпожа, — произнес Хальвард, старательно не замечая того, что хозяйка даже есть забывает от любопытства. — Простите нас за вторжение без предупреждения, но непогода заставила нас несколько изменить привычный маршрут. И, кроме того, есть один деликатный вопрос, который я хотел обсудить с вами.

— Со мной? — Биргитт удивилась совершенно искренне. — Но всеми делами ведает мой муж, я лишь обеспечиваю вкусную еду и чистые комнаты.

— Мои люди говорят, что именно благодаря вам они находят здесь отдых и истинно семейное радушие. Знаете, когда жизнь состоит из бесконечных странствий, тепло домашнего очага начинаешь ценить больше, чем деньги или славу.

— Спасибо на добром слове, милорд. Рада, что могу помочь.

— Возможно, в недалеком будущем я буду просить вас оказать мне особую услугу. Судьба может сложиться так, что одному человеку, с которым я связан, скажем так, определенными обязательствами, вскоре понадобится приют на длительное время. Сейчас еще слишком рано говорить, когда именно это произойдет, но произойдет непременно в течение ближайшего года.

— Разумеется, любой ваш друг может рассчитывать на нашу помощь. Да и правду сказать, мне приятно общество людей, которые приходят сюда. Я уже не так молода, как раньше, детей мне небо не послало, а что пугает больше, чем необходимость встречать закат жизни в забвении и одиночестве?

— Госпожа Биргитт, в этот раз все сложится иначе. Человек, о котором я говорю, будет нуждаться в помощи практически во всем. К сожалению, сам я не в силах предоставить ему кров и защиту по целому ряду обстоятельств. Но не подумайте, что я преувеличиваю, возможно именно от вас будет зависеть его жизнь или смерть.

— Но ведь я не целитель, — растерялась Биргитт. — Если вам нужен врачеватель, то, возможно, стоит позвать кого-то более опытного из города или храма Семиликой Богини?

— Увы, почтенная госпожа, я не могу этого себе позволить. Во-первых, мне совершенно ни к чему лишние глаза и уши, а вы с супругом уже зарекомендовали себя наилучшим образом. Во-вторых, если говорить о ранах и болезнях, то со многими из них я справлюсь сам. Но третья причина, пожалуй, самая важная — мой гость сам не захочет видеть около себя никого. Потому я обращаюсь именно к вам. Мне нужно, чтобы вы создали атмосферу доверия, семьи, заботы и поддержки для абсолютного незнакомца. Возьметесь?

— Сделаю все, что будет в моих силах, милорд, — кивнула Биргитт. — Позволите спросить?

— Разумеется, постараюсь ответить, насколько это возможно.

— О ком мы сейчас говорим? Что это за человек?

Правитель долго молчал, не сводя глаз с хозяйки дома, словно изучая ее. Наконец, когда Биргитт уже мысленно пожалела о проявленном любопытстве, ответил:

— Думаю, вам должно быть достаточно того, что этому человеку больше некуда будет идти, и который к тому же будет считать меня злейшим врагом. Однако все-таки есть определенные обязательства, они не оставляют свободы выбора ни мне, ни ему. Если быть точнее — ей. Моим гостем будет женщина.

Глаза Биргитт удивленно распахнулись, но больше уточнять ничего она не решилась.

Утром правитель и Ульф уехали, не дожидаясь возвращения Агвида. Старый разведчик, выслушав рассказ супруги, задумчиво покачал головой и пробормотал, что все это выглядит странно. Что может заставить правителя огромной страны скрываться и прятать кого-то так тщательно? Одно дело иметь тайных осведомителей и секретных посланцев, но давать приют врагу, да еще и против его воли? С таким бывший командир гарнизона не сталкивался ни разу.