— Вот только тебе в этом и разбираться, — проворчал дед. — Только тебя и не хватает в центре, чтобы легенды сочинять. Ты многих знаешь, кто в одиночку троицу вчерашних десантников с одним станнером раскидает и человека кружкой так убьет, что сам факт преднамеренного убийства недоказуем будет?

— Этот Нол полный ноль, твоему агенту, — выделил капитан слово скептическими интонациями, а я вдруг обиду и неприязнь к нему почувствовал, — незачем его убивать было. Девчонку он и без этого спасти мог.

— Внучок, порой ты до ужаса начинаешь походить на своего непутевого папку. Мало я его в детстве порол. Да и тебя следовало чаще. Включи ты голову, балбес. Да пораскинь мозгами, чтобы окончательно не заржавели.

— Нет на этого Нола ничего. Совсем нет. Он даже официально в профсоюзе не состоит. На станции без году декада. А как из артели ушел, так и пьет не просыхая.

— И конечно же рядом с этой бесполезной вошью, ни свет ни заря, в захолустном баре, оказался совершенно случайный тип, который, вот ведь неожиданность, совершенно случайно предотвратил одно убийство и совершил другое, — все это дед сказал елейным тоном, от которого у меня мурашки пошли. — И ведь этот совсем не агент про корпсов, подельников и прочее орал, и ведь это не он у тебя поинтересовался громкостью голоса, когда ты вопить в отсеке стал. Включи мозги, внук, — прошипел он так неожиданно, что чуть не подпрыгнула.

— Хочешь сказать, — протянул капитан, — хочешь сказать он шел на обострение с кем-то и пас этого Нола, чтобы засветиться, а девчонка просто поводом, просто повезло ей.

— Может и не на обострение, а кровью замазывался или еще что, вариантов много.

— Тогда на кой он парней положил? Это же он считай, себя выдал, возможности раскрыл.

— А что ему еще оставалось, когда эти дуболомы штурмовку устроили? Разбираться он что ли будет, кто там по его душу ломится? Нет, я все понимаю, вчерашние десантники, да ещё из абордажной команды, дрессура такая, что рефлексы годами давить приходиться, а тут сетка о насильственной смерти орет, но скажи мне — где, бездна его дери, был их тормоз?

В тихих словах старика ощущалась такая ярость, что мне почудилось, будто он вот прямо сейчас либо пол проплавит, либо стену кулаком пробьет, а потом пойдет и кого-нибудь пришибет. Может не насмерть, но измордует до полусмерти точно.

— Сержант изволил отобедать в пищевом автомате. Пока задницу вытер, пока выскочил, эти уже в боевой режим вошли и до сюда добежать успели.

— Это от перекрестка-то? Ну здоровые лоси. Мы с такими все призы на межсистемных возьмем, — остыл дед так же быстро, как и вспыхнул. Во всяком случае в голосе его не осталось злости и наоборот появились нотки гордости.

— Ладно, допустим, — согласился капитан. — Но что ты мне с ним делать прикажешь? Не могу же я его просто в Имперский Банк отпустить.

— Ты проверил?

— Да, сделал запрос, его там действительно ждут.

— И сказали тебе, что сбой в системе случился.

— Да, сам же знаешь, как они о репутации пекутся.

— И потому у них сбои большая редкость, — фыркнул старик.

— Но случаются, — парировал капитан.

— Конечно случаются, особенно когда надо с агентом переговорить. Он же шахтер, поди кредит оформлял, а тут такая беда, — открыто веселился старик.

— Да с чего ты вообще решил, что он агент? — Не выдержал капитан. — Я всю его историю проверил, даже жука этого из миграционного центра потряс. Он все подтверждает, подсунул военные базы позапрошлого поколения, высокоранговые, кстати, еще и виртшлемом нагрузил, а этот твой агент столько лет с ними, что два раза успел бы выучить.

— Внук, — вздохнул дед, — если бы у нас тут не гремел подводный шторм из-за работорговли, если бы его императорское величество не метало громы с молниями, если бы нас не дрючили всей дворцовой канцелярией, я бы принял твою версию. Поверь старику, столько на своем веку повидал совпадений и случайностей, что даже в дикого, выучившего кучу высокоранговых баз и ставшего бойцом экстра-класса, пашущего простым шахтером, но зачем-то недавно получившим лицензию наемника, да еще и случайно знакомого с организаторами подставы для полутора сотен шахтеров, готов верить. И даже в то, что у Имперского Банка случился сбой именно на заявке этого шахтера поверю. Но… А знаешь, давай поступим проще.

— Как? Прямо спросим?

Если бы скепсис был кислотой, капитан мог бы озолотиться. Никогда еще не слышала, чтобы в три коротких слова можно было вложить столько сомнения. «А может это не только сомнение, но и надежда», — пришла мне несколько неожиданная мысль. Нет, это уже скорее во мне надежды хватает. Правда, сама не знаю, чего больше хочу, что прав капитан оказался или его дед.

— Зачем же так, он все равно не ответит, а уж подтверждения мы и вовсе год ждать будем. Давай, шевели мозгами, внучек. Помнишь шуточку про съели и два выхода?

— Помню. Ты, значит, третий предлагаешь.

— Именно, внук, именно. Давай отталкиваться от моей версии.

— Хорошо, — согласился капитан.

— Итак, примем за аксиому факт — агент пас Нола. Так же примем за аксиому то, что сам по себе Нол полный ноль.

— Допустим.

Я прямо-таки увидела, как капитан кивает. Наверно потому, что сама в игру включилась и кивнула, полностью соглашаясь со всем сказанным.

— Далее, — продолжил дед. — У нас имеется подозрение о том, что на станции давно имеется налаженный канал поставки рабов.