— Крче, — выдохнула Ни, и утерла губы рукавом, — решила эта змея порадовать старого пердуна, да язык не удержала, прямо при всех и выболтала все. Ну хрыч есственно возбудился и потребовал показать народу, а тормоза-то у сеструхи уже того, — гаденько засмеялась Ни, — она и вывалила данные сканирования с картой системы, а я их, — она постучала горлышком бутылки по лбу, — на сеточку записала, да потом и нашла звездочку. — Сестрица-то моя, та еще шалава, мужики перед ней штабелями, видать кто-то и решил выделаться, но сама она ссыкуха. Не полезет она в желтый сектор. Мохнаткой будет набирать тех, кто за нее слетает.

Судя по тому, как Ни поносила сестру, становилось совершенно ясно — она ей безмерно и всецело завидует. Заодно и объяснение биопластки из серии «секс-кукла» нашлось.

— Крче, — вернулась к делу Ни, после того, как уговорила бутылку и выдохлась. — Тема такая, у меня любовница из наемников. Баба отчаянная, но рейтинг в среде никакой. Зато эсминец есть. Новье, — подняла она палец. У меня шахтер трешка и кое-какое баблишко. Вас пятеро, если просто кредитную линию откроете, на еще одну трешку и пару двушек хватит, я поручусь и добавлю, это еще одна двушка и транспорт. Все без обременения, — добавила она, и потрясла головой, отгоняя хмель. — Значит суммарно мне где-то тысяч одиннадцать-двенадцать кубов наработаем. За декаду сто десять с гарантией. Берем транспорт под этот объем и гоняем его до станции приемки. Считай, триста тысяч кубов в чистую прибыль плюс мелочевка. Руда по двадцатке, значит в месяц поднимаем шесть корпов. Два за охрану, чтобы рейтинг шибче рос. Два мне. Остальное ваше, — закончила она и, словно выдохшись, подхватила бутылку, навалилась на Нола, но, после пары глотков, уронила голову и уснула.

Я перевела взгляд на остальных, собираясь высказать свои опасения, открыла рот, да так его и закрыла. Нол напоминал пускающего слюни идиота, тихо млел и мял грудь Ни. Кукольная внешность отшибла ему последние мозги и он заранее на все согласился. Анна сидела с пустым и мечтательным взглядом. То ли на встречу со своим Отшельником в желтом секторе надеялась, то ли на то, как поразит его позже индивидуальной нейросетью, тугим кошельком и перечнем высокоранговых специальностей. Слабую надежду внушали Жан с Самантой. Очень слабую, но решила все же попробовать, хоть и не надеялась.

— Что скажете? — Спросила нашу парочку котов.

Они, разнообразия ради, отлипли друг от друга, сели по человечески и переглянулись. Аж завидно стало, вот готова поклясться, они с помощью нейросети не общались. Не надо им это, они друг друга и так с полувзгляда понимают.

— Мы согласны, — сказал Жак.

Он откинулся на спинку дивана и поднял руку. Саманта тут же скользнула под это «крыло» и зажмурилась. Но все же соблаговолила пояснить их решение.

— Мы не собирались шахтерами быть. Года два-три планировали поработать и на берег сойти. Может быть, в центральные миры улететь. А тут за пят-шесть декад того же достигнем и сможем жить в свое удовольствие.

— Нам много не надо, — сказал Жак и потерся о макушку подруги щекой.

Вот и весь разговор. Нет, честно попыталась Анну растормошить, но та только отмахнулась и лишь подтвердила мои догадки. И что прикажете делать? Во мне девочка-дикарка пробудилась и, словно оказавшийся в клетке дикий зверь, бросалась на прутья-ребра, беснуясь в предчувствии опасности.

Все чего добилась, с утра, когда все проспались и Нол с Ни в центральный отсек нашего жилого модуля выбрались, заставила пригласить к нам наемницу. Страдающая похмельем Ни попросила ради бездны заткнуться и дала ее контакт. «Тебе надо, ты ее и буди», — буркнула она. Поболтала с некой Ли на повышенных тонах, договорились о встрече. Заодно узнала о том, что почти в каждой гостинице есть комната с медкапсулами и в них, за умеренную плату. проведут чистку. Впрочем, то же самое нам и Ни поведала, когда поняла, что похмелиться нечем и оборудования для лечения нет.

Сходили до ближайшего отеля, привели себя в порядок, вернулись в ангар, а там и наемница заявилась. Прямо в бронескафе пришла. Правда, без обвеса. То ли цену себе так набивала, то ли просто в роль вжилась, а может и просто ей так нравится. Да и бездна с ней.

— На палки потянуло? — приветствовала она Ни, обжимающуюся с Нолом.

— Не завидуй, — показала так в ответ язык и поцеловала парня.

— Больно надо, — фыркнула наемница. — Ну, кто из вас, сладеньких, устроил мне бурную побудку, — повернулась она к нам с Анной.

— Я устроила, садись, — указала на стул напротив себя.

— А ты не слишком борзая, пигалица? — Уперлась она в стол кулаками, не собираясь так просто подчиняться.

— Тебе рейтинг надо, а он сверканием новеньким скафом не зарабатывается, — ответила и самой себе поразилась, никакого волнения или тревоги, холодное спокойствие, даже злости нет.

— У Эммы самый высокий КИ и рейтинг, она станет главой артели и твоим нанимателем, — сообщила наемнице Анна, с легкой, почти не заметной, но подсознательно улавливаемой насмешкой.

Девица в бронескафе посмотрела на нее, на меня, посопела, поиграла крыльями носа, а потом расхохоталась, вскинула руки и, признавая поражение, заняла указанное место. Вот только меня это скорее расстроило. Развернись она и уйди, мы бы остались без охраны, а так… «Как ни крути, а выбора нет», — подумала и обреченно закрыла глаза. Для меня начавшийся разговор не имел смысла. Каждая реплика звучала набатом, девочка-дикарка бесновалась с каждой победой Анны. Я почти не говорила. Анна великолепно, даже виртуозно провела трехсторонние переговоры. Обговорила условия, оформила бумаги, заключила договор. Мое участие во всем этом свелось к механическому поддакиванию, постановке подписей и да — просто щеки надувала.