– Мне известно только это, – сказал Меривейл. – С одиннадцати часов утра их с Рупертом никто не видел.

– С Рупертом? – повторил герцог.

– Мне следовало бы объяснить, что последние три недели Руперт гостил у нас.

– Вы меня изумляете, – сказал Эйвон. Глаза у него были как два агата. Он повернулся и поставил табакерку на стол. – Тайна, видимо, уже раскрылась.

– Сударь! – сказала Дженнифер. Его светлость обратил на нее безразличный взгляд. – Если вы думаете, будто они… будто они бежали вместе, я уверена, уверена, что это не так! Ни ей, ни ему это и в голову бы не пришло!

– Вот как? – Он обвел их взглядом. – Прошу, просветите меня.

Меривейл покачал головой.

– Этого я и не могу. Но клянусь честью, никакой влюбленности между ними не было. Они совсем еще дети, и я все еще подозреваю, что сейчас они решили подшутить над нами. К тому же… – Он умолк.

– Да? – сказал Эйвон.

– Сударь, – вмешалась Дженнифер, – девочка говорит только о вас! – воскликнула она нетерпеливо. – Вам принадлежит… все ее поклонение!

– Я так и полагал, – ответил Эйвон. – Но люди порой заблуждаются. Юность призывает юность, кажется, существует такая поговорка?

– К ним она не относится! – убежденно сказал Меривейл. – Они только и делали, что ссорились! К тому же они не взяли лошадей. Видимо, прячутся, чтобы напугать нас.

К ним приблизился лакей.

– Ну? – сказал Эйвон, не поворачивая головы.

– Мистер Мэнверс, ваша светлость. Он желает видеть лорда Руперта.

– Я не имею удовольствия быть знакомым с мистером Мэнверсом, – сказал герцог, – но пусть войдет.

Вошел низенький жилистый джентльмен с румяными щеками и сердито сверкающими глазами. Он обвел свирепым взглядом всех присутствующих и избрал своей мишенью герцога.

– Вы, сударь, лорд Руперт Аластейр? – выпалил он.

– Нет, – ответил его светлость. Низенький джентльмен повернулся к Мерйвейлу.

– Вы, сударь?

– Моя фамилия Меривейл, – ответил Энтони.

– Так где же лорд Руперт Аластейр? – вопросил мистер Мэнверс голосом, в котором бешенство металось с растерянностью.

Его светлость взял понюшку табака.

– Именно это нам всем хотелось бы узнать, – ответил он.

– Черт побери, сударь, вы изволите шутить со мной? – гневно рявкнул мистер Мэнверс.

– Я никогда ни с кем не шучу, – сказал герцог.

– Я приехал сюда в поисках лорда Руперта Аластейра! Я требую, чтобы он ответилда мои вопросы! Я жду от него объяснения!

– Милостивый государь, – сказал Эйвон, – добро пожаловать в наши ряды. Мы все их ждем.

– Дьявол! Да кто вы такой? – возопил мистер Мэнверс в полном исступлении.

– Сударь, – поклонился его светлость. – Если не ошибаюсь, я и есть дьявол. Во всяком случае, так меня называют.

Меривейл трясся от беззвучного смеха. Мистер Мэнверс обернулся к нему.

– Это что – приют умалишенных? – спросил он. – Кто он такой?

– Герцог Эйвон, – слабым голосом ответил Энтони.

Мистер Мэнверс опять накинулся на Эйвона.

– А! Так вы брат лорда Руперта! – объявил он мстительно.

– К великому моему огорчению, поверьте, сударь.

– Я требую, чтобы мне сказали вот что: где мой гнедой?

– Не имею ни малейшего представления, – безмятежно ответил его светлость. – Я даже не уверен, что понимаю, о чем вы говорите.

– И я тоже, клянусь! – сказал Меривейл, давясь смехом.

– Мой гнедой конь, сударь! Где он? Отвечайте!

– Боюсь, вы должны меня извинить, – сказал герцог. – Я ничего не знаю о вашем коне. Собственно говоря, в эту минуту ваш конь меня совершенно не интересует, гнедой он или иной масти.

Мистер Мэнверс воздел к небу крепко сжатые кулаки.

– Не интересует! – воскликнул он, брызжа слюной. – Моего гнедого украли!

– Примите мои соболезнования, – ответил герцог, зевнув. – Но я не вижу, каким образом это касается меня.

Мистер Мэнверс ударил кулаком по столику.

– Украл ваш брат, лорд Руперт Аластейр, украл сегодня!

После его слов на мгновение воцарилась мертвая тишина.

– Продолжайте! – попросил затем герцог. – Теперь вы нас чрезвычайно заинтересовали. Где, когда, как и почему лорд Руперт украл вашего коня?

– Украл его в деревне, сударь, нынче утром. И позвольте сказать вам, сударь, я считаю это величайшей дерзостью! Наглостью, которая выводит меня из себя! Я сдержанный человек, сударь, но когда мне передают такие слова от человека благородного происхождения, носящего титул…