— Истинный, как я уже сказала! Не обижай пожилую даму, сравнивая ее с обычным упырем. — Она вдруг расхохоталась от собственных слов.

Я вернулся на место. Любопытство снова одолело меня.

— Но вы ведь служите Тьме! А она гонится за мной. За эти два года я дважды побывал на алтаре, а сегодня ночью чуть не угодил в третий раз.

— Не все так просто, Кай. Мне безразлично, что думает Тьма. Также как и Свет. Но это долгая история. Меня удивляет, то, что ты задаешь глупые вопросы, которые никак тебе не помогут на твоем непростом пути. Ты отмечен тремя Великими сущностями. И одна из них не привыкла отпускать свою цель. На твоем месте я бы спрашивала, как от них скрыться.

— Вы можете снять метку? — мой рот раскрылся от удивления.

— Могу, но не буду. Я не настолько могущественна, чтобы идти наперекор самой Матери.

— Пожалуйста, снимите ее, пожалуйста! Я устал бегать всю жизнь! — этот шанс я не мог упускать.

— Я не стану ее снимать, но могу скрыть тебя от всех. Ни адепты Тьмы, ни ее создания не смогут тебя почувствовать, ты будешь ментально закрыт от всех.

— Все что угодно, госпожа Сиала! Я сделаю все, что попросите! Даю слово! Скройте меня.

— Я тебе верю. Два года назад ты давал слово и сдержал его. Но будет очень больно! Очень!

— Я готов. Мне не привыкать терпеть боль!

— Хорошо. Обещай мне, что вернешься в этот дом, когда станешь взрослым. Нам будет о чем поговорить, и ты получишь некоторые ответы на свои вопросы. Если, конечно, останешься жив. А еще выполнишь одно мое желание. Это обязательное условие. — В ее глазах промелькнул хищный блеск, но я уже готов был идти хоть к демонам, лишь бы избавиться от внимания Тьмы.

— Да. Я обещаю!

Она поднялась со своего места и подошла ко мне, так что я смотрел ей прямо в живот, а затем в ее руках появился маленький скальпель из обсидиана. Я задрожал.

— Терпи, Кай.

Сиала зафиксировала мою голову, а затем одним резким движением провела по окружности черепа лезвием и дернула рукой. Мои волосы вместе с кожей, упали на пол, а через тело прошла острая боль, да такая, что мои ноги сами собой застучали по полу, а тело забилось в судорогах. Это было невероятно мерзкое ощущение. Но вот крови почему-то не было.

— Потрясающе! Ты регенерируешь! Тем проще для нас.

Она начала водить по костям моей головы острием кинжала, словно вырезала какую-то невероятно сложную руну. Это было жутко неприятно, но ни шло ни в какое сравнение с тем, что я только что испытал.

— Готово! — Спустя полчаса произнесла она. — Давненько я этим не занималась. Волосы прямо сейчас мы тебе уже не вернем — твоя плоть слишком быстро восстанавливается. Сами отрастут со временем. Так что это можно выбросить. — Она указала на остатки моего скальпа и положила кинжал на стол.

Я заметил, что ее пальцы перемазаны в моей крови. Сиала поймал мой взгляд, и словно нарочно поднесла их к рту, а потом медленно слизала красную жидкость языком. На ее лице отобразилось невероятное наслаждение.

— Ммм. Такая чистая, такая невинная. Даже жалко тебя отпускать.

Я вздрогнул, но почти не испугался, так как понимал, что одного движения ее пальца хватит, чтобы меня уничтожить.

— Расскажите, что вы сделали? Или это тоже, когда я стану взрослым?

Она рассмеялась.

— Это очень древняя магия, сейчас, наверное, и не осталось миров, где кто-то помнит о ней. Теперь никто не сможет воздействовать на твое сознание или видеть скрытые метки богов. Рисунок питается энергией твоей крови, так что его хватит на несколько столетий вперед.

— Люди столько не живут!

— Не в твоем случае, Кай. Тебе старость не грозит. Побочное свойство регенерации. Только не говори, что ты не думал об этом?

Услышанное повергло меня в изумление. Я вдруг понял, что никогда даже не допускал такой мысли. Она взглянула на меня, и заключила.

— Хм-м. И правда не думал. Будет для тебя сюрпризом. Но это не значит, что ты бессмертный. Развивай свою Силу!

— Вам легко говорить, а сколит может убить человека!

— Ах да, глупые люди до сих пор не научились правильно повышаться!

— Вы знаете способ?! — кажется я никогда столько не удивлялся за всю свою жизнь, сколько за один сегодняшний вечер.

— И не один! Но об этом мы поговорим не раньше, чем через семь лет. Когда ты вернешься ко мне. А теперь уходи!

Я хотел задать ей еще несколько вопросов, но она приложила палец к моим губам и отвела меня на выход, а затем проводила за ворота.