Я покинула квартиру миссис Руссо уже когда смеркалось. Я выглянула из окна первого этажа на машины, уже покрытые коркой льда. Изморось переросла в ливень, и за ночь всё это заледенеет. На улицах завтра будет полный хаос. Хорошо, что в кои-то веки мне никуда не надо было ехать.

Вернувшись в квартиру, я обнаружила Финча, сидящим на подоконнике и смотрящим в окно. Он любил ненастную погоду и мог часами сидеть, наблюдая за дождём. Я не стала его беспокоить и пошла наполнить большие бутыли питьевой водой. Уже как-то раз у нас отключали воду во время сильного шторма. На всякий случай я ещё наполнила водой ванну, чтобы смывать унитаз. Лишним не будет.

Я размышляла о том, что же разогреть на ужин, как в дверь постучали. Остерегаясь непрошеных гостей, я тихонечко подкралась к двери. Взглянула в глазок, но в коридоре было слишком темно, и я не смогла разобрать черты лица стоявшего там человека.

— Кто это? — выкрикнула я.

— Трей.

Я открыла дверь и уставилась на него. Он промок с головы до ног и безудержно дрожал.

— Что с тобой случилось? — спросила я, отступив в сторону, позволяя ему войти.

— Какой-то придурок на фургоне окатил меня, — сквозь стучащие зубы пробормотал он, стягивая мокрую куртку и вешая её на спинку стула.

Я не смогла сдержаться и рассмеялась.

— И что ты забыл на улице в такую погоду?

Он скинул ботинки.

— Я позвонил, когда электричество вырубилось, но ты не ответила. Ну, вот я и решил прийти и узнать всё ли у тебя в порядке.

Тронутая его поступком, я сказала:

— Я была у миссис Руссо, и забыла взять с собой телефон.

Я указала ему на ванную комнату, а сама пошла собрать ему отцовскую одежду, в которую он смог бы переодеться. Я положила одежду на родительскую кровать и вернулась на кухню, решив приготовить кофе в маминой старой турке для плиты.

— Чудесный аромат кофе, — произнёс Трей у меня за спиной.

— Из твоих зёрен.

Взяв две большие чашки из буфета, я повернулась к нему. И взвыла, едва не выронив чашки от его вида. Он стоял в дверном проёме в одном полотенце.

— Трей, какого хрена? — разоралась я.

Он прислонился одним плечом к дверному косяку и сложил мускулистые руки на груди. Он был в хорошей форме, и явно над собой работал, но я ничего с собой не могла поделать — я сравнила его с Лукасом. Трей был парнем с приятной наружностью и отличным телом, но мои внутренности не дрожали, а сердце не ускоряло свой ритм при виде него, как при виде Лукаса в тот день в его спальне.

— Нравится то, что видишь? — спросил он с самодовольной ухмылкой.

«Ах, ну вот и показался старый Трей».

Я поставила чашки на столешницу.

— Нет. А теперь иди и оденься.

Рассмеявшись, он выпрямился и начал разворачиваться. Полотенце на его талии вдруг ослабло и упало на пол.

— О, Боже милостивый.

Я отвела глаза, но не слишком быстро. Передо мной предстали во всей красе части Трея Фаулера, без лицезрения которых я бы счастливо прожила всю свою жизнь.

— Впечатляюще, да? — томительно медленно спросил он, склонившись за полотенцем.

— Ага. Оказывается, есть что-то гораздо меньше, чем твой IQ.

Он нахмурился, и я едва не прыснула со смеху от его недоумённого выражения лица. Сам факт, что ему пришлось думать над моей фразой, говорил больше всей уймы слов.

Я сняла турку с плиты как раз в тот момент, когда в дверь громко постучали.

— Что на этот раз? — я хмуро глянула на Трея, проходя мимо него, вообразив, что за дверью стояла миссис Руссо. — Не мог бы ты пойти и одеться?

Я не стала заморачиваться и смотреть в глазок.

— Кто там?

— Я, — ответил мужской голос, от которого меня охватило трепетом, невзирая на раздражение.

— Отлично, — пробормотала я, отпирая дверь и открывая её для Лукаса и вечно сурового Фаолина.

— Я звонил тебе. Почему ты не отвечаешь на звонки? — требовательно задал вопрос Лукас.

Он взглядом скользнул по мне, словно ожидал, что я тут кровью истекаю.

— И тебе привет, — сказала я с притворной радостью.

И только потом поняла смысл его слов — он пытался позвонить мне. Я не разговаривала с ним уже несколько дней. Зачем ему звонить и уж тем более выходить в такую погоду, чтобы навестить меня, если только не было новостей?

— У тебя есть новости? — тихо спросила я.

Его глаза утратили гневный блеск.

— Нет.

— Тогда зачем пришёл?

Брошенный на меня взгляд был отчасти остервенелым, отчасти забавляющимся.

— Полгорода осталось без электричества, а ты одна дома.