Лукас снова продолжил смотреть из окна, явно закончив с разговором. Оставшуюся часть пути никто не разговаривал, и я ещё никогда не была так счастлива видеть свою улицу.

Керр подъехал к моему дому, и Виолетта выскочила из машины, словно её сидение было в огне. Я вылезла следом за ней и, повернувшись, посмотрела на Лукаса, который опустил своё окно.

— Спасибо, что помог нам сегодня, — сказала я ему.

— Да, вы прям вовремя, — встряла Виолетта. — Ещё бы час и я бы уже начала вырезать заточку из куска мыла.

Лукас послал мне вопросительный взгляд, и я покачала головой.

— Она актриса. Драма её второе имя.

Уголки его губ подёрнулись, и я очень ждала улыбку, но она так и не появилась.

— Постарайся не влипнуть в неприятности хотя бы день, — посоветовал он менее сердитым тоном. — У меня есть дела поважнее, чем вытаскивать тебя из-за решётки.

— Постараюсь.

Он жестом показал Керру ехать, и они уехали, не сказав больше ни слова. Я подождала, пока они не исчезнут из вида, а потом уже пошла домой.

Виолетта схватила меня за руку.

— Он всегда такой? Думаю, он меня напугал больше, чем мысль провести ночь в камере.

— Это был сущий пустяк. Фаолин гораздо хуже.

— Тогда я очень не хочу встретить Фаолина, — она содрогнулась. — Пойду я домой. После четырёх часов в камере мне нужен душ.

Я состроила лицо.

— Мне тоже. Спасибо, что поехала со мной сегодня.

— А для чего ещё нужны лучшие подруги, если не попадать вместе под арест? — она пришла в себя. — Жаль, что мы не нашли твоих родителей.

Я выдавила улыбку.

— Не в этот раз, но я найду.

Виолетта быстренько обняла меня.

— Если кто и сможет найти их, так это ты. 

Я задрожала и подняла воротник куртки, но он мало защищал от студёного декабрьского ветра, хлеставшего мне в лицо. Я замёрзну ко времени как доберусь до «Джипа», который вынуждена была припарковать в двух кварталах отсюда.

Минутой позже, когда на меня обрушился ледяной дождь, я поняла, что может быть гораздо хуже. Я ахнула, когда небо разверзлось и вылило всё содержимое на мою голову. Я суматошно осмотрелась. Вывеска закусочной манила меня как маяк, и я побежала туда.

Я открыла дверь и вошла в закусочную, прозвенел колокольчик. Внутри было как в сауне, по сравнению с погодой на улице. Очки запотели и, сняв их, я увидела приветствующую меня официантку.

— Столик на одного? — спросила она, беря ламинированное меню со стойки администратора.

Я убрала мокрые волосы с лица.

— Да, пожалуйста.

Закусочная была маленькая, с четырьмя кабинками вдоль окон и столиками у стены. Официантка привела меня к кабинке, где я схватила пачку салфеток и стала промакивать лицо и очки. Я всё ещё пыталась немного обсохнуть, когда официантка вернулась принять у меня заказ.

— У вас есть суп? — спросила я, неглядя в меню.

— Сегодня есть куриный с лапшой, — ответила она. — Очень вкусный.

— Отлично. Я буду суп с крекерами. И маленькую бутылку «Колы».

Она оставила меня, и я вытащила телефон, решив проверить сообщения. Меня разочаровало отсутствие сообщений. Прошло три дня с момента получения того звонка с маминого телефона, и за исключением одного звонка от Лукаса, когда он сообщил мне, что они ничего не обнаружили, стояла гробовая тишина. Он проинформировал меня, что дом принадлежит юристу по имени Сесил Хант, который находился в отпуске на Гавайях. Фаолин пробил юриста и, похоже, тот был чист. Другими словами, тупик.

Грудь стянуло, и я боролась с безнадёжностью, которая пыталась вскипеть во мне. Чем больше времени проходило, тем шансы на обнаружение родителей становились всё меньше. Я никогда не поставлю на них крест, но с каждым часом становилось всё сложнее сохранять оптимизм.

Я изо всех сил занимала себя делами, и обнаружила, что охота отличный способ сделать это. Вчера я завершила Второй уровень, к большому удовольствию Леви, и он уже дал мне две новые работы. Больше другие охотники не смотрели на меня с усмешками всякий раз, когда я появлялась в «Плазе», и я начала чувствовать на себе их принятие меня как равной. И то, что я сама схватила и притащила баннека, довольно сильно повлияло на это.

Официантка принесла дымящуюся чашку супа, и я чуть не застонала от первой ложки. Суп был домашним и наваристым, и идеальным для такого холодного ненастного дня. Я не ела хорошую домашнюю еду с исчезновения родителей. И сейчас до меня дошло, как же сильно я соскучилась по этому.

Вот-вот и меня снова накроет меланхолия, и я постаралась сбросить это наваждение. Протянув руку к куртке, которую я бросила на сиденье рядом со мной, я вытащила наушники и вставила их в уши. Выбрала свой любимый список песен и стала слушать музыку, пока наслаждалась вкусным супом и наблюдала за хлещущим по окну дождём.