— Кто вы такие? — вопрос я задал машинально.

— Милсдарь Горан? — Фиса удивленно изогнула брови. — Я, к примеру, Фиолента. Но вы это знаете.

— А я Иоланта, — хихикнула Йоля.

— А я Исидора…

— А я…

— Все, заткнулись! — в сердцах рявкнул я.

Тьфу ты, драные кикиморы… Знал же как они ответят и все равно задал вопрос, идиот. Ну да ладно, мне бы только передать девиц кому-нибудь из Капитула, а дальше хоть трава не расти.

— Ты очень груб с девочками, — осуждающе покачала головой Рада.

— Ешьте лучше… — буркнул я. — Иначе увидите грубого Горана наяву. И ни слова больше!

Впрочем, меня особо никто не испугался.

После еды, я опять загнал всех в лодку, и мы продолжили путь.

Очень скоро, русло руки сузилось, течение усилилось, а впереди показались сплошные скалы. Где-то впереди слышался сильный шум, словно от громадного водопада.

— Сколько до этих… провалов? — спросил я у воительницы.

— Еще с час, — ответила Рада сверившись с картой.

— Пешком дойдем…

Но едва направил лодку к берегу, у меня над ухом свистнуло, а потом, что-то с силой двинуло в бок.

Я недоуменно скосил глаза вниз и увидел на дне лодки стрелу с костяным наконечником. Кольчуга выдержала, но ребра при каждом вздохе пронизывала сильная острая боль. Гребаная кикимора…

— Ложитесь, живо! — заорал я, направил баркас на середину реки и сам пригнулся.

Перепугано пища, девочки попадали на дно, Рада легла вслед за ними.

Уже через пару секунд, лодка стала напоминать большое ежа. К счастью, борта были высокими и надежно прикрывали нас, но из-за них же, я правил практически наугад.

А еще через некоторое время нас внесло в высокий каньон из скал. Причалить к берегу стало просто невозможно.

Обстрел прекратился, но в этом месте река уже превращалась в свирепый бурный поток, и я едва удерживал баркас посередине течения.

Оставалось только молится, чтобы каньон не закончился каким-нибудь водопадом или еще чем похуже

— Ну и где этот… — я не закончил фразу, разглядев, что река впереди по течению внезапно исчезает. — Твою же кикимору… держитесь!!!

Управлять лодкой было уже бесполезно, поэтому я бросил руль, сгреб девочек в охапку и крепко уцепился обеими руками за мачту. Рада залезла под банку и уперлась ногами в борта

Дальше все произошло очень быстро.

— А-а-а!!!

— Ой-ей…

— Мамочки!!!

— Ай-ай-яй…

— Твою же кикимору растудыть…

— Спаси и сохрани…

— Папочки…

— М-мать…

— Ух-ты…

Лодку подкинуло, она на несколько секунд зависла в воздухе и стремительно рухнула вниз.

Удар, бешеная болтанка, облако брызг и…

И я неожиданно обнаружил, что мы находимся в сравнительно спокойной, окруженной высокими каменными стенами, заводи. Лодка почти по борта набрала воды, но все еще держалась на поверхности. Позади ревел водопад, а впереди, Пяденица, не спеша, скрывалась в большом гроте, практически полностью прикрытом зарослями ползучих растений.

Вокруг было очень красиво. Над водой порхали большие стрекозы и бабочки, в почто всю поверхность заводи покрывали большущие водяные лилии.

— Милсдарь Горан… — тихонечко пискнула Одарка. — Вы нас задушите…

— Что? — я сообразил, что все еще держу в охапке учениц и отпустил их. — Живые?

— Но мокрые… — фыркнула Рада, отряхиваясь словно большая кошка. — Это было, было…

И с восхищением добавила пару ядреных словечек.

— Фи, как некрасиво… — тут же возмутились девочки. — Вы же…

— Цыц, малявки! Я чуть не померла от страха, так что мне можно, — писца погрозила им кулаком, покрутил головой и показана на грот. — Вот же он, мать его растак. Только я с места не сдвинусь, пока не высохну.

— И мы, мы тоже! — дружно поддержали ее девочки. — Смотрите, милсдарь Горан, вон подходящее место…

Чертыхнувшись про себя, я попробовал грести единственным целым оставшимся веслом, потом сообразил, что воды здесь едва по грудь, вылез и лодки и дотолкал ее к большущему плоскому камню, стоявшему посередине заводи.

Сохнуть так сохнуть. В любом случае, ночью в эту чертову дыру полезут только идиоты. Хочется верить, что я не принадлежу к таковым. Хотя в этом есть большие сомнения. Ну просто очень большие сомнения.

Женская часть команды, совершенно не стесняясь меня, быстро разоблачилась, разложила одежду на горячем камне и улеглась загорать, а я принялся вычерпывать воду из лодки.

Провозился почти до самой темноты, потом расколол сломанное весло на щепки и развел костер.

Ужинали печеной форелью, в изобилии шнырявшей по заводи.