Шрифт:
А еще, они увели с собой десяток пленников, в основном детей и женщин — это псица выяснила по следам.
— Ничего не пойму… — Рада обескуражено качнула головой. — Горцы убивали всех, кто заходил на их территорию, но на людские поселения никогда не нападали. Уживались вполне мирно, даже торговали с местными.
— Значит, все изменилось…
Неожиданно, от берега послышался дикий крик. Кричал мужчина.
Явно живой.
Мы с Радой выскользнули из дома на улицу и держа наготове оружие, быстрым шагом направились к причалу.
— А-а-а!!! Лидка, Настуся… — мечась между сараями с трупами, яростно рычал тощий и нескладный мужичок в сермяжном кафтане. — Я же гостинцы привез… Старшие, за что…
Увидев меня с воительницей, он застыл как вкопанный, тараща обезумевшие глаза и потерянно бормоча:
— Суки… за что… Чего уж… давайте и меня…
Потом выхватил из-за кушака длинный кривой нож и ринулся на нас.
— Стой!!! — Рада вскинула лук. — Это не мы!
— Не вы?.. — мужик резко становился и опустил нож. — Не вы?
— Сам что ли не видишь? Соседи ваши из Хельгиной Пади. Мы час назад только причалили.
— Они… — в глазах мужчины появилось осмысленное выражение. — Корявые? Но… но…
Я шагнул ему навстречу.
— Как тебя зовут?
— Данко. Я в отъезде был… шкурки отвозил… — забормотал мужик и вдруг, с отчаянной надеждой, поинтересовался у меня. — Милсдарь, а вы не видели здесь жену мою, с дочечкой. Ей пятый годок только минул. Обе светленькие такие, Настуся и Лидка…
— Нет. Все, кого нашли — мертвые, в сараях.
— Нет их там… — Данко яростно взъерошил стриженные в скобку волосы. — Нет, милсдарь… Может спрятались где… Я сейчас, мигом…
Он сорвался с места и стремглав ринулся к одной из хат. Нырнул внутрь, выскочил обратно, всматриваясь в землю оббежал вокруг, а потом понесся по уходящей в лес дорожке.
— Что делать будем? — я обернулся к Радославе. — Через пару часов стемнеет, на трупы соберутся падальщики и нечисть.
— Да, — писца кивнула. — Надо ночь переждать поодаль. А с рассветом…
— Увели! Увели! Живые они! — радостно крича, к нам бежал Данко. — У меня Лидка прихрамывает, след не перепутаешь… — подбежав, он помялся и осторожно поинтересовался. — А вы это… зачем здесь, милсдарь и милсдарыня?
— Нам туда… — Рада показала в сторону гор.
— В Хельгину падь? Етить… Сейчас… — Данко опять сорвался с места и побежал к себе в дом. — Сейчас, сейчас…
Вернулся он всего через несколько минут. В руках держал длинный лук, туго набитый стрелами колчан и большой мешок.
— Значитца… — Данко перевел дух и решительно заявил. — Значитца, я вами. Не сомлевайтесь, пригожусь. С измальства здесь охочусь, все тропинки знаю. Проведу прямо в Падь. Ни один корявый не спохватится. Ежели они Лидку и Настусю сразу не прибили, значитца… значитца, ослобонить можно. А нет, так и жизни мне нет. Мое слово верное…
ГЛАВА 16
Серединные земли. Стоозерье. Седая пуща.
22 хлебороста 2002 года от восхождения Старших Сестер. Раннее утро.
— Женился-то я поздно… — Данко смущенно улыбнулся. — Думал уже свой век бобылем доживать, а тут Настуська… Я ее на ярмарке в Луковицах как увидел, так и обомлел… Седмицу не решался подойти. Ну куда… Она такая… — охотник запнулся. — Аж светится, а я…
Заночевали мы в старой заброшенной медвежьей норе в полутора верстах от Броневац. Костра разжигать не стали, наскоро перекусили и легли спать. Рада задремала сразу, а я заснуть не смог, так и просидел до утра с охотником, вызвавшемся караулить всю ночь.
К слову, он действительно знал все здешние окрестности как свои пять пальцев, но при этом оказался чрезмерно болтливым. Но, к счастью, оказался довольно приятным парнем и раздражения не вызывал.
— Жили душа в душу, а как Лидка у нас появилась… э-эх… — охотник тяжело вздохнул и на несколько секунд замолчал. — Не будет, милсдарь Горан, мне жизни без них, не будет. Но ничего… ежели Старшие властительницы смилуются, обойдется. Да вы не беспокойтесь, милсдарь, здесь безопасно, не заходят в эти места корявые. А вот верстой к северу, тама уже их земли, тама надо ушко востро…