Однако возможность вести дела за пределами города, доставлять верховным матерям экзотические товары с поверхности и отправлять их продукты на богатые рынки являлась преимуществом, которое Шакти Ханцрин не собиралась отдавать без боя. Если Бэнры действительно намеревались захватить торговлю с Верхним Миром, это несло угрозу деятельности Дома Ханцрин и его будущим доходам.

Вопрос заключался в том, действительно ли Мать Бэнр жаждет заполучить все это – и власть, и торговые связи.

– Никто не узнает о том, что ты здесь, – обратилась Верховная Мать Бэнр к своей гостье. – Это вызвало бы большое недовольство в городе, который еще не оправился после появления Князя Демонов.

Говоря это, она сверлила взглядом Зирит, но Верховная Мать Дома Ксорларрин вовсе не смотрела на собеседницу; несмотря на то что она кивала, Квентл показалось, что Зирит не слышала ни слова из ее речей.

Верховная Мать Зирит постоянно отвлекалась, чтобы взглянуть на прекрасную молодую женщину, сидевшую в стороне, у небольшого столика.

«Не просто отвлекалась», – мысленно поправила себя Квентл. Она была зачарована.

Белые волосы девушки, густые и блестящие, являли резкий контраст с угольно-черной кожей. Длинные кудри спускались на соблазнительную грудь совершенной формы, в ложбинку, едва прикрытую вызывающим платьем из тонкой пурпурной ткани. Простое шелковое одеяние подчеркивало все изгибы тела.

Квентл не сразу поняла, что сама рассматривает прекрасную девушку с таким же безнадежным выражением на лице.

– Кто это? – спросила Верховная Мать Зирит напряженно.

– Дочь Громфа, – ответила Квентл в надежде, что упоминание имени бывшего архимага в связи с Ивоннель заставит Зирит очнуться.

Однако еще несколько долгих минут прошло прежде, чем Зирит овладела собой и обернулась к Квентл. Кроме того, Верховной Матери показалось, что именно Ивоннель заставила Зирит выйти из транса – и сама девушка захихикала, подтверждая догадку старшей женщины.

– Я не знала, что у Громфа есть…

– И Минолин Фей, из Дома Фей-Бранш, – перебила ее Ивоннель, что являлось неслыханно грубым нарушением этикета.

Лицо Зирит перекосилось от изумления, когда она резко обернулась к молодой женщине; той явно было не меньше двадцати лет от роду, а может быть, и больше. Зирит знала о беременности Минолин. Визит аватара Ллос в Дом Фей-Бранш во время праздника Основания города долго служил предметом обсуждения в Мензоберранзане, и слухи о нем дошли до Дома Ксорларрин через все Подземье. Зирит знала, что Минолин Фей перешла в Дом Бэнр, – она видела верховную жрицу сегодня, когда ее провожали через покои Бэнров в этот самый зал.

– Дочь Громфа и Минолин Фей? – обратилась Зирит к Квентл.

– Да, – ответила Ивоннель и в очередной раз нарушила этикет, не дав верховной матери ответить.

– Она весьма импульсивна, – холодно произнесла Мать Бэнр и покосилась на племянницу. – Кроме того, ее присутствие сильно отвлекает, – добавила Квентл, когда увидела, что взгляд Зирит снова прикован к молодой женщине.

– Да, – рассеянно отвечала Зирит.

– Могу я идти, Верховная Мать? – спросила Ивоннель.

– Конечно, как пожелаешь, – ответила Квентл, пытаясь изобразить ласковый тон.

Ивоннель встала с дивана, и Зирит подняла голову. В разрезе простого, но элегантного платья, доходившем чуть ли не до пояса, показалась ее нога, и Зирит даже приоткрыла рот, когда девушка развернулась и направилась к выходу.

В этот момент Квентл и Зирит заметили, что на ней нет обуви, и почему-то это показалось им вполне уместным, словно обещание чего-то неведомого, необузданных, но сладких наслаждений.

Дверь закрылась, но Зирит потребовалось еще несколько минут, чтобы успокоиться и вспомнить о присутствии хозяйки.

– Она довольно… симпатичная, – произнесла Верховная Мать Зирит, и Квентл прекрасно поняла, зачем ее гостья сделала небольшую паузу – она подыскивала достаточно сильное выражение, потому что слово «симпатичная», очевидно, не было вполне удачным.

– Ты собираешься сказать им, что я погибла в сражении? – спросила Зирит, затем тряхнула головой и, казалось, освободилась от чар Ивоннель и забыла обо всем, что касалось удивительного происхождения девушки.

«Неужели внешность Ивоннель настолько околдовала ее, – подумала Квентл, – или же молодая ведьма при помощи заклинания просто изгнала мысль о странности своего взросления из головы Зирит?»