В последний раз промокнув глаза платком, она улыбнулась ему сквозь слезы.

– Поговори со мной, – сказала Лили. – Расскажи мне о себе. Расскажи все, что хочешь. Просто говори. Он застенчиво и радостно улыбнулся в ответ.

– Ладно. Что ж, посмотрим. Я отправил свои чертежи в Таможенное управление вчера вечером. По-по-мнишь, я рис-с-совал шлюп?

Она кивнула.

– В-вряд ли они скоро ответят. Несколько недель п-придется ждать, а то и ме-месяцев.

– Я уверена, что им понравится.

– Обязательно по-понравится, – заявил Клей, отбросив ложную скромность. – Это чер.., чертовски хороший корабль! Уж куда лучше тех ло-лоханок, что они до сих пор спускали на воду.

Он нашел на дне корзины уцелевшее крылышко куропатки и принялся его грызть.

– Что же мне еще рассказать? О, я в-в-вспоминаю, Лили. С каждым днем все больше. Память возвращается. Лили выпрямилась.

– Клей, это же замечательно. Что-нибудь насчет того вечера?

– По кусочкам. Помню, что было ветрено, собиралась гроза…

– Верно – взволнованно подтвердила Лили. – Что-нибудь еще?

– Я был в библиотеке, но не помню, что делал. Он нахмурился и осторожно потер лоб – Не волнуйся, ты все вспомнишь.

– Да.

Увидев, как растерянность в прекрасных голубых глазах Клея сменяется испугом. Лили коснулась его рукава. Это выражение разрывало ей сердце.

– Все будет хорошо. Клей. Просто нужно еще немного времени.

Он кивнул, не глядя на нее.

– Сама не понимаю, зачем я дала себя уговорить, зачем согласилась пойти с тобой на пикник! – заметила Лили, чтобы его отвлечь. – Это же совершенно неприлично. Женщинам на сносях полагается сидеть взаперти, а не разгуливать где ни попадя.

– Вот поэтому Дэву всегда так нравился Даркстоун. Мне так кажется. Здесь нет “общества”, и никто не судачит о его делах.

Лили не ответила.

– Когда.., м-м-м.., как ты думаешь, уже скоро…

– Когда мне рожать? Может, даже сегодня.

Дождавшись испуганного выражения на его лице, она рассмеялась.

– Я точно не знаю, глупый. Но уже скоро.

– Наверное, тебе станет легче, когда все кончится.

– Я испытываю смешанные чувства на сей счет. О некоторых ты мог бы догадаться.

– Я бы тоже боялся, – признался он. Лили поняла, что Клей неверно истолковал ее умолчание. Ее страшили не роды сами по себе. Страшно было подумать, что будет потом, когда ей придется уехать.

– Мне бы тоже хотелось когда-нибудь обзавестись детьми, – продолжал между тем Клей.

– У тебя будут дети. Я в этом не сомневаюсь.

– Лили… Тебе нравится Алисия? Она удивленно подняла брови.

– Честно говоря, Клей, я ее совсем не знаю. Мы только раз встретились.

Он явно ждал чего-то еще.

– Она мне показалась очень милой и славной девушкой, – добавила Лили.

– Все верно, она милая и славная. Я знаю ее с детства. Мы вместе выросли, наши семьи дружны. Если бы ты узнала ее получше, я уверен, она бы тебе понравилась.

Увидев, что Лили смотрит на него как зачарованная, Клей покраснел, усмехнулся и наконец отвел взгляд.

– Мне.., м-м-м… – он стал гонять туда-сюда рассыпанные на одеяле крошки, – ..понимаешь, она мне очень нравится.

Лили одобрительно кивнула.

– Не так, как раньше.., ну.., не просто по-дружески. Все изменилось, когда она приехала сюда, чтобы ухаживать за мной. Не знаю, что бы я без нее делал, Лили. Она была так добра ко мне.

Клей помедлил.

– По правде говоря, – застенчиво признался он, – когда я поправлюсь.., ну.., по-настоящему встану на ноги, я хотел бы просить ее стать моей женой.

– О, Клей! – Лицо Лили расплылось в улыбке. – Я так рада!

– Как ты думаешь, она мне не откажет? Понимаешь, она немного старше меня. Всего на год, но все же…

– Я думаю, она была бы просто последней дурой, если бы упустила из рук такой великолепный трофей.

Перегнувшись через одеяло, он порывисто поцеловал ее в щеку. Лили засмеялась и прилегла на бок, чтобы унять разыгравшуюся не на шутку боль в спине. Ощущение было такое, будто кто-то всем весом наступил ей на позвоночник, пытаясь его сломать. Лежа, она вполуха слушала, как Клей превозносит многочисленные и разнообразные достоинства прелестной, ненаглядной, несравненной Алисии Фэйрфакс, пока глаза у нее не начали слипаться. Она чувствовала себя разбитой. Облака стали закрывать солнце, но воздух оставался теплым, а шепот моря навевал покой.

Когда Лили проснулась, небо было черным. Теплый ветер задувал сильными порывами, а море превратилось в беспорядочное месиво белой пены. Клей проснулся через несколько секунд после нее. Какое-то время они молча следили за приближением бури, словно околдованные ее грубой и неудержимой силой.

– Смотри, как море разыгралось, – проговорила Лили.

Ветер сорвал слова с ее губ и унес прочь. Она улыбнулась и показала на Габриэля: его уши раздувались и словно летели по ветру, как крылья. Наконец Клей и Лили, поднявшись на колени, принялись собирать в корзину остатки своего пикника.