Калинов мост
вернуться

Холин Александр Васильевич
Шрифт:

«На медных крышах солнце пламенеет…»

На медных крышах солнце пламенеети листьев пламенеющих обвал.А кто из нас о прошлом не жалеет?Кто не проигрывал, поверь, тот не играл.Упал октябрь в Москву струною звонкойи тонкий воздух сказочен и тих..И ветерок пушистый, как болонка,кружится, заплетая листья в стих.Пустых не понимая рассужденийо непреложном смысле бытия,хочу запомнить счастье тех мгновений,где никого,где только Бог и я.На медных крышах солнце пламенеети я твержу, как раньше повторял:не радуйся тому, что ты имеешьи не горюй о том, что потерял.

«Летит над болотом зелёная мреть…»

Летит над болотом зелёная мретьи жизнь засосало в болотонастолько, что хочется лечь, помереть —не слушать болота икоту.Тускла позолота на Божьих церквах,по кочкам бредут пилигримы.И в этих не русских, но русских краяхвсё зимы да зимы, да зимы.Народ!Помолись, оглядись не спеша —на родине ты иль в изгнанье?Тогда ты поймёшь, как рыдает душа,как страждет она покаянья.

«Ты меня разбуди, но только…»

Ты меня разбуди, но тольконе на утренней белой зорьке:воздух утра хмельной и горький,словно первой любви настойка.Ты меня разбуди, но в полденьнестерпимое солнце светитили рыщет колючий ветер,чтоб обиды свои припомнить.Ты меня разбуди, но вечерне для этого красит окнанегасимым кровавым оком —не со мною он ищет встречи.Ты меня разбуди, но в полночьне моей ты желаешь ласки.Лучше спать мне и видеть сказки,чем невидящий взгляд запомнить.Ты меня разбуди…

«Постоянный страх оказаться вне…»

Постоянный страх оказаться внедосягаемости земли.И поэтому снова не спится мне,если рядом жгут корабли.Если душу тревожит забытый хмельнеземных продувных морей.Если снова поёт беззаботный Лельу закрытых чужих дверей.Не стареющий странноприимный дом,что на Млечном стоит пути,где родился и жил, и умрёшь шутом,где любимую не найти,где ухватит за полу малины куст:мол, куда ты, дурной, постой!Воздух сумерек снова и прян и густ —старорусский крутой настой.С той ли, с этой ли стороныожидается дым-пожар?Иль не молишься ты за ны,куренной монах Кудеяр?Ярость века сгорит в огне,ляжет копотью в полземли.И поэтому снова не спится мне,если рядом жгут корабли.

«Что-то в мире сложилось не так…»

Что-то в мире сложилось не так:правит смертными одиночество,будто стаи голодных собаквоздают нам последние почести.Холод глаз.И души пустота.И такое сплошное безмолвие,будто здесь никогда, никогдане сверкала безумная молния.Ни молитвы…Ни Бога…Ни сна…Одиночество – страсть или таинство?Не бывает средь мёртвых весна,только страх да стремление к старости.Счастлив тот, кто забудется сном,ни грехом, ни стихом не отмеченный.Чёрный ангел накроет крыломтвои нежные смуглые плечи.

«Сегодня будет ураган…»

Сегодня будет ураган.Я это знаю, ноиспепеление землянне мной предрешено.Виной всему гнетущий рок,проклятие небес:и сонно смотрит на востоктысячелетний лес.Оттуда – жизнь,оттуда – смерть.И на семи ветрахпоследний смертный – интроверт —развеет мёртвых прах.И вой его вонзится в ночь,как боль от сотен ран,и улетит куда-то прочь,и стихнет ураган.

«Спасибо, Господи, за боль…»

Спасибо, Господи, за больи за любовь, что мне послал.Я жизнь – несыгранную роль —еще в стихах не дописал,недострадал,недолюбил,недомолился перед сном.и недопонял, что не милкому-то в городе пустом.Опять блуждаю по судьбето неприютен, то весёл.И я опять скажу Тебе:спасибо, Господи, за всё.И снегом белым упаду,когда полночный город стих,и Вифлеемскую звездуя отражу в глазах своих.

«Эти огненно-снежные волосы…»

Эти огненно-снежные волосыразжигают вселенский пожар.И планету от полюса к полюсусотрясает подземный удар.Знак огня: пепел в небе качается,на луне оставляя следы.Не пойму, как же он сочетаетсяс разделительным знаком воды?От беды, как известно, не спрячешься —пусть артачится дождь за окном,пусть в огне саламандра маячится,пусть в углу улыбается гном.Эта огненно-медная женщина —то ли счастье, а то ли беда.Но от полюса к полюсу трещина,но от сердца до сердца вода.