— В обмен на то, что мы передадим вам наших женщин, — ответил президент Очоа.

— В обмен на добровольное желание женщин присоединиться к торнианским мужчинам, — уточнил Улл.

— Есть еще кое-что, что вы должны увидеть, — тихо, но твердо вмешался капитан Андерсон.

Триша отвернулась, когда капитан Андерсон передал запись сержанту Галлахеру, лежащему на земле, показывая его ужасные раны. Она оглянулась только тогда, когда услышала удивленные вздохи, когда они увидели, что раны Галлахера чудесным образом зажили.

— Мы, конечно, готовы включить и передачу медицинских технологий в наши переговоры, если вы пожелаете, — хотя Император и не давал на это разрешения, Улл знал, что тот согласится. В конце концов, регенераторы были обычным делом в остальных известных вселенных.

— Устройство, которое вылечило сержанта Галлахера, это тот же самый регенератор, о котором вы говорили мне раньше? — спросил президент Гарсия. — Тот самый, которым пользовались все похищенные?

— Нет, это был портативный регенератор. Им снабжены все воины, особенно отправляющиеся в бой. Он быстро залечивает опасные для жизни раны, если нет возможности добраться до стационарного регенерационного блока.

— Мы могли бы также получить и их? — брови Триши слегка сошлись на переносице от тщательно подобранных слов ее тио. Она очень хорошо знала его. Сейчас что-то происходило. Нечто важное.

— Уверен, что Император не будет возражать.

— Очень хорошо, — Аарон оглядел комнату, затем снова посмотрел на Улла, получив кивки от других лидеров, и продолжил: — Спасибо тебе, воин Улл. Ты дал нам много поводов для размышлений и обсуждения. Мы встретимся снова завтра, после того как ты доставишь следующую группу похищенных.

Улл кивнул, но, когда он повернулся, чтобы уйти, капитан Андерсон встал перед ним и протянул руку.

— Мои люди и я в долгу перед тобой.

Уллу не нужно было понимать слова другого мужчины, чтобы понять, что он говорит. Протянув руку, он сжал предплечье мужчины чуть ниже локтя, как сделал бы любой достойный уважения брат-воин, и он действительно уважал этого мужчину. Когда он понял, насколько они превосходят друг друга, он не запаниковал. Он продолжал сражаться, и из-за этого они все были живы.

Разница в захватах на мгновение удивила Андерсона, но он тут же понял, что ему нравится, как этот торнианец признал в нем воина, равного себе. Казалось, это был более сильный, более обязывающий акт.

* * *

Улл стоял у дверей каюты Триши, держа в руках поднос с едой. Только миновав столовую, он понял, что Триша ничего не ела с тех пор, как они покинули «Искатель» сегодня утром.

Богиня, как же он не понял этого раньше? Тот факт, что они встречались с земным советом, а потом сражались с ганглианцами, не был оправданием. Благополучие Триши всегда должно быть на первом месте. Неудивительно, что на обратном пути она вела себя так тихо. А потом предпочла пойти прямо в свою каюту, вместо того чтобы сначала встретиться с оставшимися бывшими пленниками.

Если бы она была торнианкой, то отсутствие его заботы и внимания никогда бы не было допущено. Торнианка уже бы кричала и вопила, заставляя его дорого заплатить за сою оплошность, скорее всего, отказываясь помогать ему в дальнейших переговорах. Но не его Триша, и именно так он начинал думать о ней. Как о своей. Сможет ли он завоевать ее любовь, если не смог завоевать любовь ни одной другой женщины, ни земной, ни торнианской? Она уже охотно поцеловала его. Сможет ли он убедить ее присоединиться к нему? Вернуться с ним на Бетельгейзе и стать его леди? Быть только его?

Был только один способ выяснить это.

С этой мыслью он поставил поднос на одну руку и постучал.

* * *

Триша не обратила внимания на то, как дрожала ее рука, когда она принимала лекарство, которое ей прописал врач. Он подчеркивал, что ей нужно принимать его последовательно три раза в день, чтобы замедлить прогрессирование болезни. Но она забыла о пузырьке, стоявшем на «Искателе». Ее врач также подчеркнул, что также ей необходимо регулярно есть и достаточно спать. Она издала невеселый смешок, зная, что ничего из этого не произойдет, пока эти переговоры не закончатся. Итак, без лекарств и без еды, к тому времени, когда они вернулись на «Искатель», ее симптомы вернулись, и это было все, что она могла сделать, чтобы добраться до своей каюты незаметно для Улла.

Теперь ей нужно было лечь, дать лекарствам подействовать, а потом пойти и поесть. После этого ей нужно было встретиться с другими похищенными, чтобы поведать им о происходящем. Может быть, потом тогда она сможет немного поспать.

Выйдя из уборной, она остановилась, когда кто-то постучал в ее дверь. Вздохнув, она расправила плечи и заставила себя расслабиться. Когда дверь скользнула в сторону, ее глаза распахнулись от того, что она увидела.

— Можно мне войти?

— Что… О! Да, конечно, — отступив назад, она позволила Уллу войти с большим подносом, который он держал в руках. — А это еще что такое?