Спустя несколько минут я услышал свою фамилию и вышел на старт. Почувствовал уже ставший таким родным легкий озноб, приготовился и ждал сигнала. Рожок протрубил и мое испытание началось.

Набрал разгон, легко поднялся по диагональному бруску, быстро пробежал по горизонтальному и спустился вниз, не притормаживая, чтобы набрать хорошую скорость перед вертикальным щитом. Оттолкнулся от земли левой ногой, как только мог, коснулся правой стены и сделал высокую отпрыжку. Получилось очень красиво! Я взмыл над препятствием и без помощи ног, почти не касаясь ими поверхности, перемахнул на другою сторону, под восхищенные крики толпы. От неожиданности, меня начало заваливать в воздухе вперед, но я вовремя сгруппировался и прокатился кувырком по земле. Кто-то захлопал в ладоши, а через секунду мне рукоплескала вся площадка.

Я немного заволновался от такого внимания, но все-таки смог сконцентрироваться и, почти не разболтав доски, преодолел ров, в котором недавно купался Дони. Мой легкий вес был мне союзником на этом препятствии, так что, оказавшись на другой стороне, я без заминок запрыгнул на рукоход и перебрался на другую сторону, где начал прохождение вертикальных столбиков, под нескончаемые аплодисменты. Вот уже и канаты, за которыми труба, с подземным лабиринтом, а там и финишная прямая.

Времени у меня было в запасе предостаточно, а потому, я решил не торопится и как можно правильнее пройти канаты. Сделал первый шаг и вдруг у меня перед глазами потемнело, а в груди что-то заворочалось. Меня начало болтать из стороны в сторону, и собравшиеся на площадке люди резко затихли. А мне становилось все хуже и хуже, как будто мое сердце попало в тиски. Я явственно ощущал, что его словно кто-то крутит и сжимает, и мне ничего не оставалось делать, как попытаться направить в это место свою Силу. "Муравьи" устремились в грудь и на какой-то момент ко мне вернулось нормально восприятие.

Быстро оценил свою положение, мазнул глазами по толпе: вопросительный взгляд судей, растерянный Дони, удивленные лица зрителей и злорадно ухмыляющийся Гэнтон. Его лицо внезапно исказилось и у меня в груди снова начало что-то копошиться, пытаясь вытащить сердце. На последних остатках энергии, снова направил Силу в источник боли, ощутил кратковременное облегчение и пробежал по канатам до самой трубы. И в этот момент мне показалось, что внутри что-то лопнуло. Я завалился вперед и съехал по трубе под землю, едва не потеряв сознание.

Лежа на холодной земле, ощутил, что боль потихоньку начала уходить, а "муравьи", хоть и вяло, но продолжали делать свою работу. Почувствовав, что могу немного двигаться, пополз вдоль левой стены, не теряя с ней контакта. Мне становилось все лучше и лучше, и скоро я ощутил, что могу подняться. Направился на выход, потихоньку переходя на бег, и понимая, что потерял уйму времени. Наконец-то — дневной свет!

Выскочил, на свежий воздух и уже собрался бежать к финишу, как мой взгляд упал на столик. Ножи!!! Они лежали на своем месте! Я вспомнил про дополнительные баллы и один за одним метнул их в чучело, разместив все три клинка точно в шее манекена.

Толпа взорвалась громкими криками и овациями! Я добежал до финиша и уселся на землю, приходя в себя. Мне все еще было плохо, но постепенно мое тело возвращалось в норму. Похоже никто из присутствующих так и не понял, что со мной произошло, сочтя, что я просто заблудился в подземном лабиринте.

— Ну ты даешь! — сзади меня раздался бас Дони, — Я и не думал, что ты умеешь метать ножи!

Он подал мне руку и легко поднял меня с земли. Увидев мои озадаченный взгляд, он поменялся в лице и встревожено спросил:

— Кай, что-то случилось?

Я кивнул головой и вцепился в него. Он дотащил меня до судейского стола, где мне торжественно вручили испытательный листок, на котором появилась очередная десятка.

После ужина, мы вернулись в свою комнату и Дони меня вывел на разговор.

— Кай, рассказывай. Я стоял ближе других и видел, что у тебя возникли непонятные трудности.

— Дони, — я извлек из своей сумки сколит, поскольку мои внутренние резервы были полностью опустошены и поместил его в переходник, — Дай мне немного отлежаться, а потом мы с тобой сходим в общежитие к второкурсникам, и кое-что проверим. Закрой глаза.

Я опустошил сколит за секунду и достал второй. Громила удивленно уставился на высыпавшуюся на пол труху, потирая веки после вспышки.

— Э-э. Второй уровень, говоришь? Да?

— Второй, а что?

— Мой отец имеет шестой уровень, он сильный воздушник. Чтобы ты понимал, на этом ранге он может создавать в воздухе дороги и ходить по ним.

— Ого! Я такого никогда не видел!

— Так вот. После этих экспериментов он восстанавливается мелкими сколитами, которых ему требуются десятки.

— Ну я собираюсь поглотить только два. Не думаю, что это опасно. — Я не мог взять в толк, к чему клонит Дони.

— Кай! Он поглощает мелкий сколит двадцать секунд! Двадцать! А ты только что вытянул из камня энергию меньше чем за секунду!

— Дони, с моей Силой действительно что-то не так. Сегодня вечером я пойду к профессору Монтису Блоу и попытаюсь выведать, что именно. Он пригласил меня к себе. Но уровень у меня точно второй, это показал измеритель.

— Что-то не верится. А к второкурсникам нам зачем идти?