Я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица. Про себя я кричала "НЕТ, НЕТ, НЕТ".

Адам продолжил, словно и не произвёл на меня эффект разрывающейся бомбы.

— Я так много лет был одинок. Даже в окружении сыновей, моя жизнь очень одинокая. Я уже давно хотел взять пару, но никак не находил кого-то, с кем хотел бы разделить свою жизнь. Ты бессмертна, и поэтому мне никогда не придётся беспокоиться о твоей кончине. И ты сильная и красивая. У нас будут превосходные сыновья.

— Нет, — вымолвила я, сглатывая приступ тошноты. — Я Мохири. Мы не можем...

— Ты забыла, что мой дар гораздо сильнее, чем у инкубов. Я спаривался с другими демонами, чтобы посмотреть какими будут наши отпрыски. И пока я кормил мать моей энергией изо дня в день, малыш рождался сильным и здоровым, и чистым инкубом. Наши будут ещё сильнее, и мы будем воспитывать их вместе.

— Нет, — пронзительно провизжала я. — Я убью себя, если ты только прикоснёшься ко мне.

Я ожидала, что моё заявление, разозлит его, но он лишь только улыбнулся.

— Ты сейчас расстроена, и это понятно. Но со временем ты начнёшь чувствовать себя лучше, и придёшь к тому, что полюбишь меня.

Я испытывала отвращение от мысли быть с кем-то, кроме Криса. Я никогда никого, кроме него, не полюблю, и я умру раньше, чем позволю другому мужчине обладать мной.

Адам, казалось, заботился обо мне в своём извращённом смысле, так что я обратилась к этой его стороне.

— Пожалуйста, не делай этого. У меня есть пара, и я люблю его, — мой голос надломился. — Если ты хоть немного ценишь меня, отпусти меня к нему.

Впервые в его глазах вспыхнуло раздражение.

— Может ты и любишь его, но ты с ним не связана. Я могу с точностью сказать, что ты до сих пор чиста, просто сидя рядом с тобой. Это ещё одна причина, почему я выбрал тебя.

Я сдерживала рыдание. Если бы я не отталкивала Криса так долго, мы бы закрепили связь, и я бы не оказалась здесь и не гадала, увижу ли его когда-нибудь снова.

Лицо Адама смягчилось. Он протянул ко мне руку, но я отшатнулась, и он вздохнул.

— Ты не должна бояться меня. Я никогда не причиню тебе боль.

— Ты сейчас делаешь мне больно.

— Как только ты впитаешь мою магию, ты изменишь своё решение. И тогда увидишь, какими счастливыми мы будем вместе.

Я крепче сжала одеяло.

— Дар инкубов не работает на мне. Ты сам это сказал.

Он снисходительно улыбнулся.

— Ты постоянно забываешь, что я не простой инкуб. Потребуется несколько подпиток, чтобы ослабить твоё сопротивление, но ты возжелаешь меня так же сильно, как я желаю тебя.

Я в ужасе уставилась на него, когда бремя его слов потрясло меня.

— Если ты лишишь меня сопротивления, это всё равно, что накачать меня наркотиками и силой брать меня.

Адам выглядел так, словно я ударила его по лицу.

— Я никогда не возьму женщину силой или использую принуждение. Женщин надо лелеять, и я никогда не был ни с одной из них против их воли.

— Разве ты не понимаешь, что использование своего дара на них это и есть лишение их свободы воли? — взмолилась я, хотя уже знала, что его не переубедить. Как он не мог понять, что совершаемое им было высшей формой насилия?

Я накрыла лицо рукой, когда меня омыла волна головокружения. Веки внезапно отяжелели, и взгляд стал рассеянным, я попыталась рассмотреть стакан в руке Адама.

— Ты снова опоил меня, — обвинила я.

Он встал и поставил стакан на прикроватный столик, а потом склонился надо мной.

— Это слабая доза, просто, чтобы ты стала податливой.

Я съёжилась, отстраняясь от него, когда страх вторгся в овладевшую мной вялость.

— Податливой для чего?

Он ласково провёл рукой по моему лицу. Мне было омерзительно, но я не могла поднять руку и оттолкнуть его. Я могла лишь пристально смотреть на него, испытывая беспомощность, когда он ещё ниже склонился надо мной.

— Шшшш. Не бойся, — нежно произнёс он. — У меня нет никакого желания заниматься любовью с одурманенной женщиной. Сейчас я возьму лишь один поцелуй.

— Нет, — опьянёно запротестовала я, комната потускнела.

— Да, — пробормотал он.

И последнее, что я почувствовала, засыпая, это его губы на мне.

КРИС

Я взглянул на телефон, как казалось, уже в сотый раз. Я быстро привык, что Бет мне часто отписывалась, но не получал от неё вестей с той минуты, как она сказала, что они с Мейсоном закончили свой шопинг. И это было почти два часа назад. Дорожное движение в Лос-Анджелесе было плохим во второй половине дня, но она в любом случае уже должна была быть дома.