Шрифт:
В полуботинки Павлика я переобулся сразу, аккуратно поставив своп говнодавы рядом с урной. Может, пригодятся кому, мало ли.
– А к вам, ребята, у меня претензий нет, вы чисто прицепом шли, надо было Павлуху по носу щёлкнуть. А то толкается и нет бы извиниться – силу чует, буром прёт, сучонок.
– Нам чужая обувь не нужна.
– Гордецы! Молодцы! Поставьте рядышком с моими чоботами да брюки закатайте, носки снимите, пройдитесь эдакими модниками по славному городу Брянску. В городской фольклор попадёте непременно. А вы, пани Ангелика так неохотно с кошельком расставались, может посидим в тутошнем ресторанчике, за жизнь поговорим за вина бутылкой. До отхода поезда есть ещё время…
Намеренно обострил, заговорил с ёрнической, где то даже издевательской интонацией. Пускай думает юношество, что некий полублатной артист цирка их умело развёл.
А что, я вполне в циркачи гожусь, может к Гайдаю наняться на съёмки «Кавказской пленницы», с Варлей замутить. Эх! Перспективы! Спасибо тебе, мурлыка из Лаборатории нечаянно «выбивший» меня из моей рабской невесёлой реальности. А я даже не знаю как того кота звать-величать. Белый, пушистый, игручий кот, – спасибо тебе. Как только разбогатею в этой распрекрасной жизни, непременно кошачий приют устрою. Прослыву чудаком, меценатом. Опять же дамы толпой повалят, – любят они котиков и мужчин, котикам покровительствующих…
Глава 3
В первопрестольной не задержался, лишь с вокзала на вокзал перескочил и вот уже в плацкартном вагоне, на удивление чистом и, сказал бы даже – свежем, качу на восток, билет взял до Красноярска.
В столице покуролесить успею, а пока надо важное дело сотворить – не допустить знакомства родителей и моего, Саши Новикова, рождения в этой реальности. Мало ли вдруг с появлением моей ментальной копии (или всё же оригинала?) как шандарахнет Великая Схлопка и окажусь я снова на спутнике Юпитера промаркированный со всех боков как SD-248068-NV…
Кто без малого три века не провкалывал в рабстве у искусственного интеллекта, тот моих мотивов не поймёт. Знали бы, как работает «Слияние и Контроль», как мягко и «ненавязчиво» направляет даже не руки-ноги, а мысли, нужным Великому Разуму курсом, не осуждали бы. Ведь и покончить с собой невозможно – ценных работников захвативший планету компьютер бережёт. А сейчас Слияние дремлет, наблюдая за кондициями тела Вити Протасова и покорно исполняя все пожелания, МОИ пожелания!
Решил бородавку Виктору с правой щеки убрать – через пару часов рассосалась-переработалась мерзкая горошина. А усиленно поглощаемые белки жиры и прочие углеводы позволили «нарастить» массу тела, немножко подкорректировать облик В.С. Протасова как-то убрать ранние морщины и морду лица сделать не такой унылой. Слияние, когда оно под ТВОИМ контролем – волшебная вещь, жаль, не хватит таланта, описать мою эйфорию.
Ладно, попробую: представьте, что женаты на злой и страшной старухе, мегере форменной, которая вас бьёт, не кормит, деньги отбирает, мозги выносит, а вы к ней навечно «привязаны» заклятьем страшного чародея, ни сбежать, ни утопиться. Полный абзац. И тут чародей по пьянке чего-то напутал в книжке своей колдовской и просыпаетесь с тридцатилетней Моникой Веллуччи, нежной и любящей супругой. Она вас боготворит и ублажает всячески, борщами и котлетами наивкуснейшими потчует, денег на пиво даёт, ждёт у окошка бухого с футбола, носки и свитера на продажу вяжет…
Представили? Примерно так, только на пару порядков круче дело обстоит со Слиянием, а когда ТЫ главный вообще жизнь прекрасна, помирать не надо. Да собственно говоря и не помрёшь, постоянно тело обновляя. Главное сдуру, как коллега-киборг Шварц в лаву расплавленную не кинуться и запасец органики держать какой под рукой для подпитки организма. Хотя, при нужде и листья и трава пойдут в дело и кора и иголки пихтовые, – организм человека-киборга перерабатывает практически всё.
А родители один фиг разойдутся через пять лет, сколько помню дед постоянно матери выговаривал, что пня таёжного с Ангары выбрала, хотя могла с её то красотой и умом генеральшей, а то и маршальшей стать.
Сам дед, гвардии майор Василий Семёнович Иванченко мне то как раз и нужен. Точнее не он сам, необходимо изменить ход событий и отправить дедулю из Козульки в Германию, в ГДР. Эпическое крушение военной карьеры деда Василия давно стало семейной легендой, каковую я впервые услышал в младшем школьном возрасте, а потом и зазубрил от многократного повторения. Если отбросить критиканство бабушки и матерные рулады деда, то случилось следующее.10 сентября 1965 года три танкиста, майоры Иванченко, Степанов и капитан Ворожейкин выпили по триста, а может и больше. Бравые вояки прибыли из танковой части, что под Козулькой стоит в Красноярск на какое-то рутинное совещание и перед отъездом домой «раздавили литру» в привокзальной ресторации. Ворожейкин оказался не только честолюбивым карьеристом, но ещё и гнидой редкой. Злясь, что не его, а деда Васю отправляют на охрану передовых рубежей социалистического лагеря, в Германскую Демократическую Республику, замыслил капитан недоброе. Сам, падла, стопки пропускал, а то и незаметно выливал (впрочем дед тут уже мог запросто и приукрасить) а боевых товарищей спаивал и когда майор Иванченко вышел отлить, к нему подвалил патруль. Красноречивый дед, войны хвативший, совсем уже было «разрулил» ситуацию, но тут старлей-комендач досадливо махнул рукой и матернулся, мол нехорошо когда офицеры танкисты стучат друг на друга, используя патрульных в своих разборках…
Дед осатанел, влетел в буфет и в хлам измолотил суку Ворожейкина. Хорошо хоть не посадили, поимели снисхождение к кавалеру двух боевых орденов и трёх медалей. Но со службы погнали и вместо ГДР, переехало семейство Иванченко в Красноярск, отличница и комсомолка Мария свет Васильевна поступила в Сибирский Технологический (он же Лесотехнический) Институт, где и встретила орла ангарского – Володю Новикова…
Если б у родителей была «любовь неземная», не стал бы я препятствовать их знакомству, рассчитал бы примерный срок моего зачатия и «командировал» куда на месяц папу Вову, а потом пускай любятся, я всё равно уже не появлюсь, ну а братишкам-сестрёнкам зелёный свет, – добро пожаловать в СССР!