— Мне нужна комендантская рота и что б вы не выходили из центра. Усильте свою охрану в пять раз. До связи.

Сашка снова провёл рукой по горошине.

— Валера, Иван ко мне, бросьте всё, минута пошла…

— Как же мне вас разбудить…? Надоело уже вызывать вас по связи. Хочу, что бы вы слышали. Идея есть, но вот получится ли, посмотрим… — Простонал Сашка — сейчас я вам устрою мозговой штурм.

Сашка усилил, ментальное поле вокруг себя, казалось, что даже пространство вокруг искривляется, уродуя, видимые контуры предметов. Как в кривом зеркале. Но, он всё накачивал и накачивал его своей энергией, взвыл даже Арти, сиганув, в бокс Игоря. Сашка был на пределе… — Ну где же они — шептал он — где?

И вот появились Валерка с Иваном, весёлые и довольные. Не торопясь вошли и, не заметив ничего, пересекли границы поля. И тут Сашка скинул свои последние резервы.

Ментальный взрыв получился, что надо. Иван и Валера, отключились моментально. Из носа и ушей обоих потекла кровь. Сашка из последних сил перевернул их со спины на живот и отключился сам, позвав на автомате Настю.

Очнулся он, через два часа. На нём верхом сидела жена и беспощадно хлестала его по щекам. Голова моталась из стороны в сторону, так, что сразу сфокусировать зрение не получалось.

— Скотина, придурок — вопила она — твои эксперименты, мне вот уже где, козёл… Да я сама тебя убью…

Игорь пытался ловить её за руки, но всякий раз отлетал, как невесомый к стене. Силы у одарённой девочки, было не мало.

Сашка, наконец-то, что-то промычал… Удары прекратились, зато ручьём полились слёзы.

Слов Сашка не мог разобрать, только бессвязное бормотание и фонтаны из глаз…

— Ну, что, поэкспериментировал — донёсся до него спокойный голос мамы — А если, Настя рожать сейчас начнёт… На шестом-то месяце… Дурак ты Саша, ох, какой же ты дурак… Весь в отца…

— Но, но — раздался голос Митта старшего.

— Мам, я не думал, что так всё может произойти…

— Обними и успокой девочку, балбес… Врачей из центра вызови, быстро — прикрикнула она.

Сашка провел рукой по горошине теле скана и вызвал врачей. Затем обнял жену, успокаивая, и выпустил свои щупальца, сканируя её нервную систему и разум двойняшек, который уже появился, в её животе. Те были испуганы, но паники не чувствовалось и они не рвались наружу. Он мысленно их поцеловал, и те совсем успокоились. Сашке даже показалось, что хихикнули.

Прибыли врачи, Сашка открыл шлюз, охрана ему не полагалась. И помощь оказывали уже троим. Валера и Иван, всё еще не пришли в себя.

Насте вкололи успокоительное, и унесли на кровать, ребят колоть не стали, обошлись старым, добрым нашатырным спиртом.

Оба подняли головы и бездумно смотрели на врачей. Но вот, взгляды их прояснились, и они, постанывая и держась за головы, приняли сидячее положение.

— Сань, что это было? — Спросил, сморщившись, Валера.

— Что, что, мозги вам прочищал, вот что — проговорил Сашка мысленно.

И оба вновь схватились за головы — ты можешь не орать, и так, голова раскалывается…

— Что и требовалось доказать… — проговорил он тише.

— Молодец сын, я горжусь тобой — раздался в голове восторженный голос отца.

— Не понял — первым почувствовал, неладное, Иван — ты не открываешь рта, и я слышу голос отца.

— А для чего, я всё это провернул, чуть Настю на роды не спровоцировал из-за вас, придурки. Лёхи на вас нет. Лёш, ты слышишь?

— Слышу… Бля приеду, и обоим зубы придётся вставлять…

— Лёш, ты чего? — Спросил Иван, безразлично и отстранённо.

— Рот закрой, говори мысленно — прорычал Лёшка.

— Как это, как вы?

— Да, твою мать, как мы…

— Ладно, попробую…

— Так пробуй…

— О, блин, а я тебя слышу — удивился Валерка.

— Ну, ещё бы, если зубов не жалко, можешь и дальше дурака включать…

— И я слышу — вклинился в мысленный диалог Иван.

— Ну, наконец-то, разродился и этот — простонал Лёшка.

— Привет придурки, наконец-то вы с нами, братья бл…

— Может, хватит материться в эфире — раздался гневный голос мамы…

— Ой, мам прости, я думал, Саша всех отключил…

— Всех, но не меня, не дорос ещё…

— И не доросту, мам — ответил Сашка.

— Не знаю, но что бы маты в эфире. Последний раз.

— Да ма — ответили сразу четыре голоса.

— Дураки — донёсся полустон, полувозглас Насти.

— Дураки и есть — поддержала её мама — ты, доча, накорми сейчас своего оболдуя, так быстрее силы к нему вернутся, а то, чувствуя я, он совсем пустой.