Элия попробовала связаться с Агнес Хаббард и снова получила отказ.

Снова купол, только теперь надо всем устьем колодца дрожит голубое спиртовочное пламя. Способен ли СОРТ защитить свой экипаж от такой яростной радиации? Пусть даже исследователи поспеют к точке контакта до обрыва струны, они же сгорят при возвращении. Нестабильность возрастала прямо на глазах.

Франклин Фрэзер, тоже с картой. “Потребуется не менее шести минут, чтобы…»

Элии хотелось вопить, визжать.

Она переключилась на кабину. Сплошная, без малейшей паузы, рябь, лица людей словно растворяются в беспокойно вращающейся воде. Оцепеневшая от ужаса Пандора бормочет какую-то бессмыслицу, Девлин выглядит значительно лучше — извергая непрерывный поток проклятий, он отчаянно пытается выжать из машины всю возможную скорость. Всю возможную на ?той кошмарной, почти непроходимой местности. Любая техника имеет свои пределы, даже СОРТ. Даже СОРТ может сломаться.

Пандору и Девлина швыряет то вверх, то вниз, то влево, то вправо. Не будь они пристегнуты ремнями безопасности, давно бы вылетели с сидений, их голоса тонут в непрерывно нарастающем реве помех.

Моала до боли сжала руку Элии:

— Так ты что, влюбилась в этого молодого человека?

Влюбилась? Элия лишилась дара речи, словно увидев посреди собственной спальни динозавра. Любовь? Неужели это — любовь?

— Наверное, — кивнула она. — Да, скорее всего. Иначе с чего бы я сейчас так дергалась и хлюпала носом.

— А где он, почему его не видно?

Седрик и Бейкер куда-то запропастились. Слезы, застилающие Элии глаза, помешали ей заметить два пустых сиденья.

— Покажи мне Седрика Диксона Хаббарда! Нет, ничего не получится. Элия чувствовала, почти кожей ощущала, что ответ задерживается дольше обычного, Система словно задумалась над уровнем конфиденциальности запрошенной информации, сравнивая внутренние приоритеты Института с присвоенным гостье рангом. Затем на экране возник вид задней части СОРТа. Седрик впереди, Абель Бейкер следом пробирались по коридору. Двигались они боком, медленно, отчаянно цепляясь за металлический поручень, тянущийся вдоль правой переборки. Еще бы, при такой-то тряске, ведь тут пол с потолком перепутать можно. Седрик сложился пополам, чуть не упал, снова выпрямился; в тот же самый момент ноги его оторвались от пола. Или, подумала Элия, пол ушел из-под ног.

— Да шевелись ты, жиряга! — Голос Бейкера едва прорывался сквозь рев помех. — Мешаешь же, мать твою! Втяни кишки в жопу — и вперед!

Седрик весело ухмыльнулся, он не выглядел особенно напуганным. И никогда не будет. А уж эта его всегдашняя ухмылочка…

Скорее всего, он придумывал максимально оскорбительный ответ. Изображение непрерывно дрожало, по нему плавали пятна голубоватой мути, поэтому Элия не рассмотрела в точности, что же произошло, просто в какой-то момент позади Седрика и Абеля открылась дверь, оттуда вылетели подушка, кресло, а затем — неизвестный мужчина. Согнувшись, почти на четвереньках, он врезался в противоположную стену коридора, упал, перекатился на спину и замер. Одежды на мужчине не было никакой.

— Кто это? — прохрипела Моала, все еще судорожно стискивающая Элию. Судя по всему, тем же вопросом задались и Седрик с Бейкером: они остановились, повернулись и уставились на незнакомца.

И Элия — тоже. Интересно все-таки получается. Первый СОРТ, посетивший Нил, был заминирован ядом. На втором откуда-то взялся безбилетный пассажир. И с какой бы это стати кому-то там захотелось прокатиться потихоньку на Нил?

Голубой туман.., мелкая рябь… Ну, вроде получше.

По всей видимости, они успели уже обсудить незваного гостя, теперь Бейкер гнал Седрика вперед — то есть в заднюю часть СОРТа, — в то время как Седрик хотел вернуться и помочь потерявшему сознание человеку.

Низенький, смуглый и волосатый. Такая грудь должна понравиться Моале, непроизвольно улыбнулась Элия. Грудь, но вряд ли все остальное, очень уж он костлявый, и ноги как спички. СОРТ трясло, плюгавый незнакомец скользил и перекатывался, иногда его тело взлетало над полом и снова шлепалось вниз, как подкинутый блин на сковородку.

Бейкер уже не кричал, а ревел. Седрик с явной неохотой повернулся, сделал шаг в направлении кормы, переместил руки, шагнул еще раз…

И все.

И тишина.

На экране — бессмысленное кружение серых снежинок.

— Нарушение связи, — сообщила Система.

Элия в голос, по-бабьи, взвыла; Моала подтащила ее к кровати, насильно усадила.

«При необходимости — практически на любое”. СОРТ обеспечит их всем необходимым, они будут жить — пока не помрут от старости. Или сойдут с ума. Запертые в аду. Да, но теперь-то их пятеро — если, конечно же, этот пятый выжил после ударов о стены и пол. Как долго проживут в СОРТе-четвертом пятеро? И откуда взялся этот безбилетник, кто он такой?

Элия переключилась на WSHB и встретилась взглядом с Франклином Фрэзером.

— ..Полученным от руководства Института, окно закрыто. Возросший уровень нестабильности не допускал дальнейшего использования струны.

Фрэзер тяжело вздохнул (а морда-то, мордато — ну прямо как на похоронах любимой тети!). За его спиной выросли четыре призрачные фигуры, кадр из утренней съемки: так вот они и стояли около СОРТа перед посадкой. Масленая, на все тридцать два зуба, улыбка Девлина, жеманная улыбочка Пандоры, ехидная усмешка Бейкера. А чуть не полуметром выше, словно встающее из-за горизонта солнце — детская, радостная, от уха до уха ухмылка Седрика Хаббарда.