— Я хочу позвонить… Еще что-нибудь?

— Департамент Управления Воздушным Транспортом Западной Конфедера…

— А! Точно. Я уничтожил свой торч. Надеюсь, никаких разрушений на поверхности планеты?

— Нет, сэр.

— Отлично. Реквизируй самый лучший К-47, какой сможешь найти, и сообщи в ЦБД.

Можно рассчитывать, что патрульная система утопит гражданских лиц в бездонной бюрократической трясине.

— И еще звонили, сэр.

— Покажи.

В ответ замелькали лица. В две секунды Ваун был проинформирован о двух дюжинах звонивших во время его отлучки. Одно из лиц бросилось в глаза — рыжая крошка, которую он выслеживал прошлой ночью. Огненные волосы и бледные руки в свете камина… Волна возбуждения увеличила частоту его пульса и плотным комом поселилась в горле. У милашки подкосились колени от благоговения перед героем прежде, чем он успел ей улыбнуться.

— Гражданка Фейрн! Ответь ей. Высшая приоритетность.

Звонок, отмеченный приоритетностью Патруля, был бы пропущен вперед землетрясения. Через несколько секунд сим исчез из аквариума и на его месте появилось девичье лицо. Она пользовалась гражданским комом, поэтому видны были только ее голова и плечи, но это была она, точно такая, какой, по предположению Вауна, она должна была бы быть в дневном свете: молочно-бледная кожа, волосы блестящие завитушки из чистой меди. Глаза голубее неба, слабые веснушки, как звезды в галактике.

Маленькая, но без изъянов.

Веснушки бывают естественные и искусственные. В ее случае могло быть и то, и то, поскольку он ни у кого не видел их в таких количествах, будто лицо забрызгано коричневой краской. Столь же много их было на ее голых плечах и ниже — до самого лифчика. Вот вызов воображению! Он обожал веснушки, и Фейрн, очевидно, тоже, иначе бы она их вывела. На ней не было ни следа косметики, она даже не подкрасила ресницы, бледные настолько, что глаза казались чудаковато расфокусированными. Сногсшибательно!

С непонятной и очень милой нервозностью она начала улыбаться, а после выпалила:

— Адмирал! Вы ранены!

Он и забыл про свои синяки, но можно было предположить, что в данный момент он обладал парой прелестно опухших глаз.

— Ничего серьезного, рядовое нашествие врага. Занимаюсь этим, чтобы не потерять форму. Когда я смотрю на вас, мне становится лучше.

— Ой!

Она заколебалась, будто сомневаясь, надо ли смеяться, а потом расхохоталась, как ребенок.

— Повергли врага в одиночку, конечно?

— Конечно! — Он подумал, что ее трепет перед героем не так откровенен, как было тогда, но она же искала его. — Очень рад, что вы позвонили. Если бы вы не сделали этого, я позвонил бы сам.

— Я звоню по делу.

Она улыбнулась с надеждой, а он заметил, что она находится в помещении, которое может быть только офисом коммерческой фирмы Его пыл понизился на несколько градусов.

— По какому делу?

— Вы упомянули Q-корабль…

— И?

— Я… Ну, я беру интервью. «Покажи-Нам-Все» на Центральном Государственном, и я надеялась… но ваше лицо…

Интервью? Его патрульные обязанности включали в себя более чем достаточное количество подобной грязной общественной работы — никакого желания брать на себя что-то еще он не испытывал даже ради сей маленькой огненной богини. Она нужна была ему ради развлечений, а не для дел.

Но погоди-ка! Может быть, интервью для широкой общественности — не такая плохая идея. Если планете грозит разлететься вдребезги, люди имеют право об этом знать и не стоит позволять Рокеру скрывать свои ошибки и некомпетентность под покровом тайны. Да, Ваун, несомненно, должен дать интервью — но он предложит себя какому-нибудь из самых популярных шоу, любому, которое ухватится за эту идею: «Моменту Истины» или «Разоблачениям». А не этому, не очень-то широко известному.

Его колебания нагнали в ее взгляд откровенную тревогу.

— То есть я была приведена в такой трепет, когда познакомилась с вами прошлой ночью! Я всегда мечтала познакомиться с вами, это такая честь для меня, мне так хотелось получить шанс поговорить с вами наедине, и тогда я подумала об интервью. Вы же понимаете, насколько это прекрасная возможность для вас обнародовать свои взгляды на такое важное, такое катастрофически важное дело и это, конечно, будет толчком для моей карьеры, поскольку я признаю, что я новичок в этом деле, и если бы вы просто сказали «да», я была бы более чем счастлива, я хочу сказать — вне себя от радости приехать в Вэлхэл в любое удобное для вас время, и все это не отнимет у вас много времени.

Прошлой ночью у нее заплетался язык, она вся тряслась, когда он пожимал ей руку. Похоже, язык у нее уже успел развязаться.

— …и конечно, не страшно, что у вас на лице кровоподтеки, поскольку эти типы снизу могут все подредактировать, а я не буду вести себя неловко, и несомненно, я, задав все вопросы, какие вы захотите… — Она сделала торопливый вдох, ее глаза беспокойно искали признаки согласия на его лице. — Я была бы так вам благодарна, — вздохнула она.

Теперь лучше. Он правда заметил следы смущения?