Они вышли из коридора в фойе и пошли к балкону для флаеров. Кстати, народу тут по вечернему времени хорошо прибавилось. Им даже приходилось лавировать в толпе. И на Дениса опять многие смотрели с удивлением, превосходством… И презрением.

— Слушай, ну, хватит уже гнать, — упрямо произнесла Ника, трансформируя по пути свою одежду в уличную. — Нельзя так продвинуться с первого раза! Я три года убила, двух персов сменила и только сейчас заработала на топ!

Штанины ее коротких брючек вытянулись до ботинок. Поверх футболки «наросла» легкая куртка и капюшон «налез» на голову.

— Вот это ключевое слово! — слегка иронично произнес Денис и пояснил. — Убила!

— Да что опять не так с моими словами?! — чуть уже не рыкнула девушка, отгибая край капюшона, чтобы воткнуть гневный взгляд в идущего рядом парня. — То я обдолбанному придурку что-то не так говорю, то палки палками нельзя называть!

— Ника, а если твой Фортрайт назовут ведром? — насмешливо ответил парень, с прищуром посмотрев на девушку. — А тебя, я не знаю… Продолжением джойстика, это как, нормально будет?

— Да хватит уже умничать! — Ника чуть ногой не топнула и отпустила капюшон.

Надо ей, смотреть на этого хама!

— А ты обычно разговариваешь с теми, кто не умничает? — насмешливо спросил Денис.

Тут парень поднял руку с коммом, пару секунд смотрел на экран, выскочивший над прибором. Покачал головой и сбросил вызов. Они прошли через завесу (силовой экран) и вышли на серый металл балкона, куда должны были прилететь такси… Которые они еще не вызвали, увлеченные беседой.

— Это же отец Федора? — спросила Ника, кивая на руку парня. — Как раз же где-то час должен пройти. Ты решил его просто игнорить? Очень разумно.

Закончив язвить, Ника показала большой палец.

— Ну, согласись, нам не о чем разговаривать, — ответил Денис, смотря на поток флаеров. — Пока. Сейчас он будет опять нести чушь про судей. Потом накинет максимум пару чилдов (Чилд (сленг) от chiliad — тысяча) и даст еще один час.

Парень пожал плечами. Мимо, подвывая репульсорами, пролетел полугрузовой серый флаер, с логотипом какой-то компании на боку.

— Старший сидит где-то в администрации чейчбилда, — предупредила Ника.

Денис сделал равнодушное лицо. В смысле, подчеркнуто равнодушное, даже можно сказать наплевательское.

— Если бы он что-то мог, Ника, — спокойно произнес он. — То мне бы звонил не он, а, к примеру, мой арендодатель. И я бы, естественно, уже отозвал иск.

— А почему арендодатель-то? — удивилась девушка, не улавливая связь.

К парочке, вышедшей после них, подлетело такси. И мужчина, посадив женщину в транспорт, махнул рукой на прощание.

— Потому что генералы не разбираются сами, — ответил Денис, смотря на мужика, который прошел обратно в здание через бледно-фиолетовую завесу полупрозрачную завесу. — Они напрягают тех, кто ниже. А раз этот сидящий в администрации сам это сделал, значит он, либо не шибко высоко сидит, либо…

Денис вздохнул и поморщился.

— Ну, и что там либо? — нетерпеливо спросила Ника.

Парень с улыбкой посмотрел на нее. Вот только взгляд при этом у него был… бр-р!

— Либо просто дебил, — закончил он фразу ровным тоном. — И судя по тому, что он и второй раз сам вызвал, скорее всего последнее. Ну, это по уже по сыну было понятно.

Денис вдохнул холодный вечерний, почти ночной воздух и медленно выдохнул. Забавно, а они ведь далеко не в Африке. К тому же, на высоте. Февраль. А пар изо рта еле заметен. На балконе сверху (а он был высоко, где через пять этажей. Уровень — это не один этаж, а несколько. И балкон для флаеров делается на том, куда лифт приезжает) послышались крики. А потом рядом в воздухе с тем балконом повис повисло что-то металлически поблескивающее. Кстати, а человек, скорее всего, упадет. Магнитные поля для флаеров могут удержать только небольшие предметы.

— То есть ты сделал вывод о человеке, увидев его сына, да еще под наркотой? — недоуменно в это время спросила Ника.

— Ника, именно отец является для мальчиков примером, — мягко ответил парень, подходя к полосатой черно-желтой ленте, наклеенной по краю балкона. — Это раз. Второе, почему со мной связался не сам этот… Федор, а его отец? Привычная схема? Это два. Третье, разговаривать, а самое главное, договариваться с человеком О ДЕНЬГАХ, скрывая свою рожу, это такой показатель, что, в общем-то, мне больше ничего не нужно.

Ника выдохнула.

— М-да, — сказала она. — Ты что, сериалов про пиратов пересмотрел? Что такого в том, что отец позвонил за сына? Ну, и не показывает он лицо, и что?

— И все, — Денис показал на комм, намекая на свое недавнее действие. — Теперь подождем запугиваний, потом злости, а дальше будет смирение, уговоры не рушить мальчику жизнь, а после суровая-пресуровая угроза, чтобы доказать самому себе, что яйца еще имеются.

— Ты сценарии для постановок писать не пробовал? — фыркнула Ника, вытащив над коммом голоэкран, чтобы вызвать такси. — Прям речь главного злодея.