— В тот вечер я пробил ее, как всегда.

— В половине двенадцатого?

— Да, что-то около этого. И никуда не отлучался. Я работаю не один, а с ребятами, и они могут это подтвердить.

— А что вы делали до половины двенадцатого? — спросила Барбара.

— Что именно вас интересует?

— Где вы были?

— Когда?

— До половины двенадцатого, Тревор.

Он в последний раз затянулся, выбросил сигарету за окно и стал в задумчивости грызть ноготь на указательном пальце.

— Я был дома… до девяти. Потом ушел.

— Куда?

— Погулять. — Выплюнув на пол откушенный ноготь, он поднес палец к глазам, полюбовался на дело зубов своих и продолжил: — У меня есть девушка, с которой я время от времени встречаюсь. Я был с ней.

— И она может это подтвердить?

— Конечно. Но это было не свидание. Мы просто иногда встречаемся. Разговариваем. Курим. Смотрим, что творится вокруг.

Какой праведник, подумала Барбара. Она попыталась представить себе, какие философские вопросы мог обсуждать с дамами Тревор Раддок.

Ее озадачило его последнее заявление. Зачем ему понадобилось говорить об этом? Он либо был с женщиной, либо не был. Она либо подтвердит его алиби, либо нет. А вот миловались ли они, говорили о политике, играли в «замри-отомри» или трахались, как полоумные обезьяны, — это Барбаре безразлично. Она раскрыла рюкзак и вынула оттуда блокнот.

— Как ее зовут?

— Кого?

— Эту девушку. Мне необходимо поговорить с ней. Кто она?

Он переминался с ноги на ногу.

— Просто знакомая. Мы разговаривали. И ничего больше…

— Я прошу назвать имя. Он вздохнул.

— Ее зовут Рейчел Уинфилд. Она работает в ювелирном магазине на Хай-стрит.

— А, Рейчел. Так мы уже встречались.

— А-а. Я был с ней вечером в пятницу, — сказал он. — Мы друзья. Она подтвердит.

Барбара видела его замешательство и старалась понять, в чем дело. Либо он был смущен тем, что ей стало известно о его отношениях с Рейчел, либо врал, рассчитывая предупредить девушку прежде, чем Барбара проверит его рассказ.

— Вы были в кафе? — спросила она, надеясь, что кто-то еще сможет подтвердить его слова. — В пабе? В зале игровых автоматов? Где?

— А… нет, мы там не были. Мы просто гуляли.

— Может быть, по Незу?

— Да нет. Мы были на косе, хотя оттуда недалеко до Неза. Сначала мы шли вдоль пирса.

— Вас кто-нибудь видел?

— Не думаю.

— Но ведь вечером на пирсе полно народу. Так как же получилось, что никто вас не видел?

— Потому что… Я же не говорил, что мы были на пирсе. Мы были у дачных домиков на берегу. Мы были… — он снова принялся грызть ноготь, — в домике. Понимаете? В домике.

Он вынул палец изо рта и с вызовом посмотрел на Барбару. Теперь она не сомневалась, что он был с Рейчел, и вряд ли они обсуждали политическую ситуацию в мире.

— Расскажите мне о мистере Кураши и о том, что произошло на рыночной площади. — Она внезапно переменила тему. — Клактон ведь недалеко отсюда. Не больше двадцати минут на машине, верно? Это же не путешествие на Луну. Так что же необычного в том, что Хайтам Кураши оказался на рыночной площади?

— В том, что он там оказался — ничего, — поправил Барбару Тревор. — Мы живем в свободной стране, и каждый может находиться там, где пожелает. Дело в том, что он там делал. И с кем.

— Хорошо. Интересно будет послушать. Так что он там делал?

Тревор снова сел на стул и из кипы газет достал книгу. Она была открыта, и на развороте Барбара увидела цветную фотографию паука, которого пытался воссоздать Тревор.

— Прыгающий паук, — сказал он. — Этот паук, в отличие от своих собратьев, не плетет паутину. Он охотится за добычей. Он крадется, ищет жертву, находит ее — и хвать!.. — Он выбросил вперед руку и схватил Барбару за ладонь. — А потом ест. — Тревор усмехнулся. У него были длинноватые клыки, отчего его улыбка внушала некоторый страх; Барбара была уверена, что это ему известно и, мало того, доставляет удовольствие.

Она высвободила руку.

— Это, надо понимать, метафора. Кураши — это паук? И он охотился?

— Так ведь любой распутный парень не прочь поохотиться, когда оказывается там, где, по его мнению, его никто не видит. Но я-то видел, и он это знал.

— Он был не один?

— Он старался не привлекать к себе внимания, но я заметил, как они договаривались, и наблюдал за ними: они по одному направились в туалет, как бы случайно, но выглядели — ну, вы понимаете, словно коты с птичками в зубах.