Взяв единственное оставшееся полотенце, я вытерла тело и подсушила волосы, затем обернула его вокруг себя и вошла в спальню.

Я остановилась и уставилась на Алека, который был одет в синюю майку и шорты и заканчивал сушить волосы феном.

Ага, у него был свой собственный фен.

— Почему ты одет? — спросила я, когда подошла к шкафу в поисках футболки и шорт, которые могла бы надеть в постель.

— Потому что мы идем на приветственную вечеринку.

Извини?

Я повернулась лицом к Алеку, который теперь завязывал волосы в хвост на затылке.

— Мы уже ходили на вечеринку.

— Нет, мы ходили на приветственный ужин.

Я нахмурилась.

— Я думала, ты не хочешь находиться рядом с Марко или моим дядей.

Алек сглотнул. — Не хочу.

— Тогда мы можем остаться здесь...

— Нет! — огрызнулся он.

Я подпрыгнула от испуга.

Алек вздохнул, подошел ко мне и положил руки мне на плечи.

— Извини, я не хотел кричать на тебя... Я не хочу идти на вечеринку, но я хочу, чтобы ты была частью праздника.

Я улыбнулась.

— Алек, я почти не общаюсь со своей семьей, все в порядке.

— Нет, нам будет весело. Я обещаю.

Почему он так сильно настаивал на этом?

— Ты уверен?

Он расслабил плечи и ответил:

— Да, конечно.

Что-то было не так.

— Хорошо, тогда позволь мне одеться, — пробормотала я.

Я повернулась и стала рыться в шкафу. Схватила бирюзовое платье, которое примеряла ранее и которое мне понравилось. Взяла лифчик, трусики и направилась в ванную. Я вздохнула, когда поняла, что мне нужно высушить волосы, но совершенно не хотела проходить через все это снова после того, как мне потребовалась вечность, чтобы подготовиться к ужину.

Я застонала от раздражения.

— В чем дело?

Я посмотрела налево, когда дверь ванной открылась.

— Не хочу сушить волосы... Я устала.

Алек рассмеялся. — Так заплети их.

Я закатила глаза.

— Я не могу заплести сама себе французскую косу.

Он пожал плечами. — Давай я заплету тебя.

Я с удивлением посмотрела на него.

— Ты умеешь?

Алек ухмыльнулся.

— Поживи с Броной и Бранной, они и не такому заставят тебя научиться... Кроме того, мне нравится играть с чужими волосами.

— Да, но только, когда ты расслаблен.

Он пошевелил бровями.

— Я расслаблен.

Я отвернулась и улыбнулась.

— Я знаю, что ты улыбаешься, когда вот так отворачиваешься, перестань пытаться скрыть это, — засмеялся Алек.

Я продолжила улыбаться и сушить волосы, затем воспользовалась своим клубничным лосьоном для тела и оделась. Полотенцем я сушила волосы до тех пор, пока они не стали лишь немного влажными. И лишь тогда распылила кондиционер с запахом фруктов на волосы, чтобы придать им приятный запах.

Я вернулась в комнату с тоненькой белой резинкой в руке и села на пол перед Алеком, который сидел на краю кровати.

— Ты взяла расческу? — спросил он.

Я покачала головой.

— Круто, я возьму свою.

Он наклонился и схватил свою расческу, а затем осторожно расчесал мои волосы.

— Одну косичку или две?

— Одну, пожалуйста.

Затем он начал заплетать мои волосы во французскую косу и по большей части все шло довольно неплохо, пока он не добрался до волос на затылке.

— Ай, Алек!

— Мне жаль, но она должна быть тугой.

Он дернул меня за волосы, и я снова вскрикнула:

— Ай!

Он вздохнул. — Почти готово, большой ребенок.

Я скрестила руки на груди.

Если я большой ребенок, то ты большой ублюдок.

— Вуаля. Все готово.

Я подняла руку и дотронулась до головы, волосы были заплетены в очень тугую французскую косу, из которой ни один волосок не выбивался. Я встала и направилась в ванную, чтобы проверить.

— Вау, отличная работа.

— Всегда пожалуйста, — ответил Алек из спальни.

Я улыбнулась и занялась макияжем. Мне не хотелось наносить основу, потому что я хотела, чтобы моя кожа дышала, так как немного загорела за несколько прошедших дней пребывания на солнце.

Я просто нанесла тушь для ресниц, подвела брови и нанесла блеск для губ. Сомневаясь, чтобы еще добавить, я наклонилась к зеркалу.

У меня на носу и под глазами появилась россыпь светлых веснушек.

Должна ли я их скрыть?

— Черт возьми, — пробормотала я и вернулась в спальню.