Что же, теперь надо лишь оценить погоду на ближайшие дни, после чего подготовиться к выходу и отправить еще раз Митрофану заявку на необходимые инструменты и мотоцикл. Остальное Анджей сделает сам.

— О-хо-хо, грехи наши тяжкие.

Без привычного ему облачения, архиепископ Григорий чувствовал себя словно голым. Все в партикулярном платье было непривычным и сидело, как на корове седло. Жесткий накрахмаленный воротник давил шею, галстук-удавка мешал дышать, но приходилось соответствовать выбранному образу богатого купца. Потому что если всплывет, что архиепископ Новгородский отлучался по личным делам и якшался с разным сбродом, так можно не только сана и титула лишиться. Запросто можно и голову потерять.

Хотя, покосившись на старого друга Феофана, Григорий чуть успокоился. Судя по внешнему виду, второй высокопоставленный церковный деятель истекал потом и мучался от неудобного костюма никак не меньше. Феофан отвечал за Псковскую губернию, сидел на своем месте достаточно давно и никак не мог взобраться на ступеньку повыше. Потому что все места метрополитов надежно заняты, туда наверняка в случае какой неожиданности желающих будет очень много, а оба тайных заговорщика особыми талантами не блистали. Для возможного карьерного роста уже надо было задействовать связи поближе к имперской семье, к богатым промышленникам и прочим сильным мира сего. Так что достигнутый потолок — это все, что подарила судьба и долголетняя подковерная грызня.

А годы-то идут. И силы уже не те…

Вот проблемы со здоровьем и привели к тому, что оба уважаемых господина теперь мрачно цедили пустой чай в заштатной забегаловке. Может, для купечества место и приличное, но для их сана и статуса…

— Ты уверен, что манускрипт в личном архиве волхва? Держать такую опасную вещь дома — это похлеще бомбы под кроватью.

Феофан всегда отличался излишней пугливостью. Нет, когда доходило до дела, то хватка бульдожья и своего не упустит. Но приятелю иногда приходилось тратить много лишнего времени на дополнительные уговоры и объяснения. Ведь казалось бы — все уже не один раз обсудили, а все Феофана сомнения гложут.

— Дома, где еще. Такую вещь в музей не отдашь и дружкам на время не спихнешь. Можно ведь и назад не получить. Так что дома он держит. А самое главное, сегодня ночью в отлучке будет. В Москву поехал с утра по делам. Вернется лишь к концу недели. Поэтому самое время, чтобы нашу проблему решить.

Проблема была простой. Оба старика не хотели умирать. И когда один обмолвился, что кое-кто из богатых клиентов озаботился поисками древних документов, дающих возможность переселения душ, то реакция была однозначной. Сколько в поиски вложили? Золотом?! И Ватикан на эту тему суетиться начал? Значит, нет дыма без огня. Значит, надо самим книгу почитать и ритуалы проверить. Потому что подготовить для своей молодой инкарнации отличный будущий старт всегда получится, с нужными знаниями и переданными связями можно и вообще пост патриарха замахнуться. Но если шанс упустишь, то поздно после бороду кусать, другие приоткрытую дверку к счастливому будущему используют.

За стол подсел невысокий мужчина в мятом сером пиджаке. Оглянул липовых купцов, усмехнулся в усы, но не стал говорить ничего лишнего. Было время, гость поставлял для частных коллекций редкие иконы, оказывал разного рода сомнительные услуги. Клиенты платили щедро, лишних вопросов не задавали. Вот и сейчас — аванс уже получен, стоит лишь узнать, о какой диковинке идет речь.

— Вот адрес. Вот общий план дома. Правый нижний угол — это библиотека. В ней лежит вот такая книга.

На столешницу лег листок с чертежом, поверх мутноватое фото обложки.

— Охрана?

— Стандартная сигнализация. Хозяин не считает нужным тратиться на что-то серьезное. Сам он в отъезде, до завтра точно не будет.

— За срочность придется доплатить. Парни не любят, когда спешить приходится.

— Мы договаривались о пятидесяти тысячах золотом. Если завтра к обеду принесешь книгу, то каждый из нас эту сумму выплатит. Вот и получишь вдвойне. Ну а коли замешкаетесь, то никаких надбавок за срочность.

Спрятав бумаги в карман, невзрачный господин откланялся. Может и мутят что-то старики, но деньги серьезные, на них вся ватага сможет полгода жить припеваючи. А зачем и кому понадобился старинный раритет — не его дело. Дружок год назад сумел из музея для спятившего коллекционера набор статуэток уволочь, так теперь на островах отдыхает и в шампанском купается. Видимо, что-то похожее и в этот раз. Иконы покупателям приелись, переключились на другие древности. Обеспечим, пусть только не забывают мошну вовремя открывать.

Мотоцикл удалось пристроить за забором. Благо, кусты разрослись настолько густо, что там и грузовик бы легко укрылся, а не маленький двухколесный конь. Поправив на голове очки прибора ночного видения, Анджей проскользнул в пролом и медленно пошел вперед, подсвечивая себе инфракрасным фонариком. Невидимый случайным прохожим в заброшенной деревне луч позволял легко обходить валяющийся на тропинке мусор и не шуметь. Вот барак, зияющий черными провалами пустых окон. Вот покосившаяся дверь. Вот коробки, при помощи которых мелкота явно и забиралась внутрь, устроив подобие лестницы. Пойдем по уже проторенной дорожке. Тем более, что артефакт закреплен сбоку торцом вперед, остается лишь побродить, поискать того самого призрака, о котором с удовольствием трепались газетчики.

В очках внутренности барака выглядели как сюрреалистический ужастик. Еле сияющие зеленым светом стены, квадраты щербатой плитки на полу, полоски потолочных досок. И абсолютно черные проемы по сторонам, которые вели в пустые комнаты. Как не гоняли разный асоциальный элемент, обычно именно в таких вот расселенных помещениях болтались разного рода жулики и бомжи. Те, кого не могли вывести никакие полицейские рейды и облавы. Вся эта шелупонь волокла с собой разнообразный мусор, окончательно загаживая брошенные строения. Но здесь и сейчас в барке было относительно чисто. Ни мусора, ни клочков бумаги. Не было даже вездесущих крыс или тараканов. Мертвый дом. Который просто дышал неосознанной опасностью, давя на нервы.