— Все-таки додумался, — укоризненно улыбаясь, сказал инструктор. — Мы вас этому не учили.

— Вы — нет, — туманно ответил я. — И нарушений нет. По крайней мере в том списке правил и техники безопасности, который я подписывал — я всегда очень внимательно читаю документы. Где там написано, что мина должна быть обязательно закреплена и допускается только стационарное использование. Есть?

— Нет. Но теперь точно будет. Иначе вы как гранатами будете пользоваться, и друг друга перекалечите.

— Вот когда запишите, тогда и обращайтесь, — я содрал липучки жилета, стараясь производить как можно больше треска.

— Ну ладно, молодец, — отвернулся инструктор, и крикнул зычным голосом, — Вторая пара пошла!

Я плюхнулся на скамью и принялся наблюдать за Лизкой. Дела у нее шли с переменным успехом, противница на ее уровень попалась серьезная, не уступая ей ни в скорости, ни в ловкости. Мелькали смазанные силуэты, экран периодически подергивался засветкой от вспышек, перестрелка шла нешуточная, в отличие от моего. Ну давай, используй все, чему тебя учил дед!

Использовала, но не очень успешно. Все закончилось так же быстро, сообщением «Победил игрок 2!».

Елизавета, пошатываясь от усталости и нервного напряжения вышла из выхода, явно расстроенная, плюхнулась на скамью со мной рядом и со стуком бросила шлем.

— Проиграла, — с горечью сказала она, растирая ушибленную в падении ногу. — Споткнулась неудачно, а эта сука меня и пристрелила. Готова поклясться, что она мне не уступала ни в скорости, ни в быстроте реакции. Подготовка у нее есть.

— Тоже у деда?

— Нет, такого я не заметила, что-то другое…

Со стороны команды соперника началась какая-то суета, поднялся шум. Видно было, как ее соперница упала на пол, и забилась в конвульсиях.

— Врача! — перекрывая все, раздался крик инструктора. — Быстро!

Ну да, как и положено, на всех мероприятиях типа соревнований врач с медсестрой присутствовали обязательно со своим неизменным старомодным железным чемоданом для первой помощи. Только пользуясь возможностями, у нас еще был свой реанимобиль, для исключения доступа посторонних машин на территорию.

— Ты что-то с ней сделала? — подозрительно спросил я.

— И пальцем не тронула, — зыркнула на меня Елизавета, — Ты что, подозреваешь меня?

Вместо ответа я приобнял ее за плечи.

— Нет, конечно. И никогда не буду.

— Ладно, не здесь, вся школа смотрит, — она буркнула, осторожно сняв мою руку.

Тем временем суета продолжалась. Вон, в зал уже вбежали санитары с носилками, стали грузить пострадавшую…

— Ладно, пошли отсюда, — я взял свою спортивную сумку. — Все равно счет и так в нашу пользу. И всегда будет.

Ну хоть как-то девчонку поддержать надо, а то раскиснет. Нельзя ей унывать, впереди еще много препятствий будет, и невозможно из всех схваток выходить победителем.

А вот завтра потренироваться нам не удалось — тир был закрыт, и через распахнутые двери гимнастического зала были видны эксперты-криминалисты и полиция.

— Что случилось? — я подошел к инструктору, который стоял, одетый по гражданке, не в свой спортивный костюм, у одной из полицейских машин.

— Трясут нас, что! — раздраженно ответил тренер. — Твоя противница дуба врезала в больничке.

— Как врезала? — удивленно переспросила Елизавета.

— А вот так. Сердце отказало. Официальной версии нет, но по слухам она была под метом или еще под какой дрянью. Ненавижу наркоманов, — парень сплюнул на землю. — Теперь нас трясут, выясняя, знали мы об этом или нет, и откуда она эту дрянь взяла. Так что победитель среди девушек теперь ты ввиду смерти первой. Пока можете гулять, как мы откроемся — вам ваши наставники сообщат.

— Ладно, пошли, Елизавета, — сказал я.

— А поехали сейчас ко мне?

— Твои не против?

— Нет. Мои не против.

— Ну тогда поехали!

— Сашок, Вальку видел?

Белобрысый худой парень высунулся в пролом забора и требовательно уставился на приятеля, который от неожиданности чуть не подавился табачным дымом. Вот идиот, родители все равно спалят, так уж что прятаться?

— Я что, обязан за чужой сестрой приглядывать? На заводе она была с утра, видел ее, когда сигареты покупал.