Здесь он почти ничего не видел, это правда.

Он чувствовал присутствие других существ.

Он мог ощущать махинации конструкции.

Он чувствовал, что комната оборудована газом.

Другие существа жили в стенах и полах. Какое-то силовое поле, вероятно, чтобы запереть их внутри. Какое-то поле, сдерживающее способности видящих. Электронный разряд жужжал и извивался в плитках под его ногами. Возможно, этого будет недостаточно, чтобы дотянуться до него через подошвы органических ботинок, но, вероятно, этого хватит, чтобы вырубить его и причинить адскую боль, если он упадёт.

Он мог видеть все эти вещи и их назначение: как функциональное применение, так и запугивание.

Он чувствовал, что какая-то его часть хочет воспользоваться телекинезом, несмотря на слова дяди.

Мишени рассыпались, как звёзды, вращающиеся вокруг центра своей маленькой галактики, сверкая перед ним, зовя его — притягивая его свет. Оглядев каждого из них, Ревик почувствовал, что его губы изогнулись от по-настоящему мрачного веселья.

Нах*й это всё. Что ему терять?

Вытащив пистолет из кобуры, он одним плавным движением поднял его, целясь в голову Менлима.

— С чего ты взял, что мне нужен телекинез? — сказал он.

Видящие по обе стороны от него тоже подняли оружие, целясь в полукруг видящих в гражданской одежде. Ревик заметил движение на периферии и посмотрел направо.

Стражники хлынули в зал через два разных входа, через двери, которых он не увидел из-за того, как легко они сливались с каменными стенами. Он насчитал более дюжины видящих, и все они держали винтовки, похожие на те, что были у Ниилы и Чиньи. Он пробежался по их свету, показывая их своим людям, и получил ответные сигналы.

В этот момент Локи и его команда ворвались в зал через третий боковой вход.

— Босс! — крикнул Локи. — Это ты?

В его голосе звучало явное облегчение.

— Оставайтесь на месте! — Ревик поднял руку, снова глядя на Менлима. — Займитесь охранниками вдоль стены. Не позволяйте никому из них напасть ни на одного из нас.

— Да, сэр! — сказал Локи, всё ещё испытывая облегчение.

— Они могут быть ненастоящими, — тихо напомнил ему Врег. — Локи. Остальные.

Ревик не оглянулся, но один раз кивнул.

Несмотря на слова китайского видящего, он чувствовал, как команда Локи и видящие из его группы обмениваются улыбками. Он чувствовал по их общей конструкции, что Локи ещё никого не потерял — при условии, что они настоящие, а не очередная проекция.

Каким-то образом, даже помня предупреждение Врега, он ощутил прилив оптимизма.

Несмотря на это, он не опустил пистолет с того места, где целился в Менлима.

— Ну и что? — настаивал Ревик.

— Это немного грубо, тебе не кажется, племянник?

— Я бы назвал это «действовать прямо», — сказал Ревик. — …Но ладно. Как скажешь.

Менлим улыбнулся.

— Знаешь, ты действительно говоришь, как она. Твоя жена.

Ревик почувствовал, как его челюсти превратились в гранит.

— Отдай мне моего грёбаного ребёнка. Сейчас же.

— Нет, я серьёзно, — голос Менлима стал мелодичным, в нём зазвучала открытая привязанность, когда он улыбнулся Ревику, а затем другим видящим в их группе. — Вы действительно думали, что вы одни наблюдали за ней все эти годы? Неужели вы правда считали, что я приставлю людей следить только за тобой, но не за твоей будущей супругой? — он кивнул в сторону Эддарда, прежде чем встретиться взглядом с Ревиком. — Должен сказать, это было очень трогательно — увидеть вас вместе после стольких лет. Очень трогательно. Очень долгожданное воссоединение.

Когда Ревик не заговорил, Менлим поднял руки в просящем жесте.

— Расскажи нам, племянник, — сказал он с теплотой и сочувствием. — Позволь нам помочь тебе, сын мой. Дело не может быть только в ребёнке, какой бы важной она ни была для тебя, наверное. В конце концов, ты не выживешь, чтобы вырастить ребёнка самостоятельно. Всё это не может быть местью, независимо от того, насколько оправданной тебе она кажется, — Менлим замолчал, и его жёлтые глаза по-прежнему пристально смотрели на лицо Ревика. — Чего ты на самом деле хочешь от нас, племянник? Ты вообще сам знаешь?

Ревик с неверием уставился на него.

Затем, почувствовав, что его челюсти ещё сильнее напряглись, он выстрелил.

Ни одной мысли не промелькнуло в его голове, когда он сделал это.

Пистолет отбросило назад. Ревик почувствовал запах кордита, машинально принимая отдачу, и мышечная память компенсировала удар плечом, не сдвигая прицела.

В середине лба его бывшего опекуна появилась красно-чёрная дыра. Высокий видящий с лицом, похожим на череп, стоял там, как подвешенный в пространстве, и на долю секунды тело его оставалось в вертикальном положении.