— О них не трудно догадаться. — хмыкает Никодий, а потом внезапно меняет тему. — Ты тоже хочешь красивое платье и свадьбу, которая запомнится?

От неожиданности я даже отстраняюсь, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Почему ты спрашиваешь?

— Ты задумалась, когда Сэй делилась своими мыслями про девочек и свадьбы, — пояснил мне мой будущий муж.

— Задумалась о том, что не знаю так ли это. До похищения я как-то не думала про свою свадьбу и какой она должна быть. А потом… мне было не до этого. Так что, я ничего от своей свадьбы никогда ожидала, ибо даже не думала, что она у меня когда-либо будет. Можешь не переживать по этому поводу. Достаточно будет просто обряда.

Никодий сверлит меня задумчивым взглядом, а потом улыбается как-то грустно.

— Меня подмывает эгоистично воспользоваться твоими словами. Но это неправильно. Ты столько потеряла. Что я буду за мужчина, если отниму у тебя ещё и это? И, наверное, тебе захочется, чтобы сестра присутствовала, а мы не знаем в каком состоянии она проснётся. Предлагаю перенести обряд на столько, сколько тебе понадобится. Я попрошу Томар помочь тебе с организацией, — мужчина прижимает меня к себе, целует шею. — Всё равно, ты уже никуда от меня не денешься. Сама дала мне ключ от твоего сердца.

Я улыбаюсь, теребя пальцами цепочку на его шее с этим самым ключом. И внезапно слышу хриплый стон. Не веря своим ушам, разворачиваюсь к Сэй и Ави с Зафаром. Девочка по прежнему сидит неподвижно с застывшим лицом. Брови мужчины сосредоточенно нахмуренны и челюсти упрямо сжаты. Он держит мою сестру за руку так крепко, словно тащит её из пропасти. А может так оно и есть. Перевожу взгляд на неё и срываюсь с места, чтобы убедиться в том, что вижу. Веки Савари дрожат, и глаза под ними мечутся, словно в безумной лихорадке. Бледные губы открываются в беззвучном крике и дрожь проходит по всему телу.

— Давай, Ави. Давай, милая, просыпайся, — молю я, упав на колени рядом с Сэй, желая коснуться сестры и боясь помешать. — Пожалуйста, возвращайся к нам.

Она уже вся дрожит, сотрясаясь в мелких судорогах. Мне так её жалко, что приходится закусить руку, сдерживая себя. Нельзя мешать, у них получается. Чувствую это. Внезапно дрожь прекрашается и тонкое тело, словно тряпичное, обмякает на полу. Подавив испуганный всхлип, всматриваюсь в осунувшееся лицо. Только бы получилось, только бы получилось.

Её губы размыкаются, грудь вздымается делая глубокий хриплый вдох. Удар сердца. Второй. Глаза распахиваются, являя миру сиреневую бездну полную животного ужаса.

— Ави, — шепчу я, протягивая к ней дрожащую руку, но сестра тонко вскрикнув, как раненного животное, откатывпется в сторону.

Это получается у неё неуклюже, тело, явно, плохо слушается. Тонкие пальцы скребут дощатый пол, оставляя борозды от выпущенных когтей. Она тянет ноги, всхлипывает и пытается уползти прочь, озираясь по сторонам полным безумного страха взглядом.

— Пожалуйста, не бойся. Это — я. Твоя сестра, Шэми. Ты в безопасности, — пытаюсь достучаться до её разума, краем глаза замечая, что Никодий уже склоняется над Сэй и Зафаром, видимо, собираясь приводить их в чувство.

— Ш-ш-шэ-э-эми? — шипит Савари, содрогаясь всем телом.

— Да! Да, Шэми. Ну же, посмотри на меня, — осторожно двигаюсь к ней, даже не поднимаясь, боясь сделать лишнее движение, чтобы не испугать ещё больше. — Это, правда, я. Мы нашли тебя и освободили.

Я уже почти касаюсь её судорожно скрюченной руки, когда приходит в себя Зафар. Мужчина, едва открыв глаза, поворачивает голову и впивается пронзительным взглядом в сжавшуюся на полу девичью фигурку. Словно почувствовав это движение, она испугано замирает и поворачивает голову, встречаясь с ним взглядом. Вдыхает резко воздух и тихонько скулит, раздирая душу паникой, не понимая, что происходит. Точно так же, как я, осторожно, демон медленно садится, не спуская со своей Истинной глаз. Представляю, как ему сейчас хочется коснуться её, но он тоже понимает, что пока рано это делать.

— Папа? — слышу я сонный голосок Сэй. — У нас получилось?

— Да, малыш. Ты просто умничка! Я горжусь тобой, — шёпотом отвечает ей Никодий.

Слышу мягкие удаляющиеся шаги. Наверное, он уносит дочку. Савари на реагирует расширившимися и без того бездонными зрачками. Судорожными пытается оттолкнуться беспомощными ногами и уползти куда-то от нас подальше.

— Ави, не бойся. Тебе никто не причинит вреда, — я снова тянусь к ней и у меня сердце истекает кровью, когда моя сестра, поскуливая, отстраняется. — Ты понимаешь меня, милая?

Она мотает отрицательно головой.

— Это снова сон. Сон. Ты не настоящая. А потом будет боль, — хрипит она, — Тоже ненастоящая. Он говорит. Но боль настоящая. Единственная из всего. Настоящая.

Сжимаю челюсти так сильно, что зубы скрипят. Бедная моя, что же с тобой сотворили?

— Позволь тебя коснуться Ави. И ты почувствуешь, что я реальная. Пожалуйста, — с каждым словом продвигаюсь всё ближе и ближе, пока наконец не касаюсь её пальцев. Сестра вздрагивает всем телом, ошарашенно опускает глаза на наши руки, но ладонь не убирает, позволяя мне накрыть её своей. Я буквально чувствую, как напрягается худенькие тело. Какая же она холодная. Замёрзла наверняка. Так хочется согреть бедняжку. Но нельзя спешить. Подбираюсь ещё чуть ближе, позволяя ей ощутить тепло моего тела.