– ...Они гнались за мной много дней, - говорила юная титанида. – Четыре Серебряных Мага. Травили по всему миру. Я отрывалась от них, но они вновь настигали. Я бежала на юг, надеялась достигнуть нашего острова, но они мне не давали. Я несколько раз опускалась в морские глубины, но они преследовали меня и там.

– Сильны ли они были? – с беспокойством спрашивала Латулла.

– Один умел превращаться в любого зверя и птицу. Он всегда видел меня с воздуха, высматривал меня и вынюхивал. В воде становился клыкастым чудовищем, огромным рыбоящером. На суше преграждал путь в облике дракона. Другая повелевала энергиями, могла двигаться быстрее молнии и молнии же метала из рук. Я не могла остановиться, не могла отдохнуть, она все время опаляла меня отовсюду. Третий манипулировал пространством и временем, переносился в любое место, запутывал мне путь, менял местами верх и низ, лево и право. Четвертый же... он был сильнее всех. Владыка льдов. Именно он остался последним, и именно он заморозил меня на тысячи лет.

– Но ты оказалась сильнее! – крикнула Латулла, перепрыгивая через дерево.

– Я оказалась сильнее! – гордо ответила Имрата. – У меня не осталось меча, что подарил Макроденит, зато я добыла Белый Криабал! Серебряные Маги ранили меня много раз, но все раны заживали очень быстро! А многие их заклятия не действовали совсем! Их же собственное волшебство защищало меня! Они загнали меня на самый край света – туда, где вечные льды и холод, и не живет никто из смертных и бессмертных... там они поймали меня! Тот, что манипулировал пространством и временем, сотворил заклинание огромной силы, и наложил великие печати, чтобы никто не мог уйти, пока не спадут чары! Ни смертный, ни бессмертный, ни живой, ни мертвый!

– Они сами себя заперли вместе с тобой! – рассмеялась Латулла.

– Они зря это сделали, Латулла! – гордо кивнула Имрата. – Там я дала последний бой! В пути я урывками читала их Белый Криабал, и узнала многие заклинания, и стала применять их, Латулла! Я сделала себя еще сильнее!.. Еще быстрее!.. Я сделала себя летающей!.. Я сделала себя неуязвимой!.. Я сделала много чего еще! Я ни за что не стала бы прибегать к этому в честном бою, но их было четверо, а я одна, и было только справедливо, что я уравняла шансы!

– Ты правильно решила, Имрата! – согласилась Латулла. – Но как же тогда они тебя одолели?

– Ты знаешь о волшебниках, Латулла? Одни из них теряются, даже если в них плюнуть, и ни на что не способны, когда чувствуют боль... но другие, наоборот, в смертельной агонии становятся во много раз сильнее! Этот четвертый Серебряный Маг остался последним, я и его почти победила, он уже обливался кровью... но на последнем вздохе он исторг последнее заклинание... и не помог даже Белый Криабал. Очнулась я уже через тысячи лет, когда меня щипал за все места какой-то уродец... знаешь, раньше я думала, что худшие из смертных – люди. Но потом я встретила гоблина. Латулла, когда на Парифате появились гоблины?

– Совсем недавно, всего полторы тысячи лет назад. Но они успели на диво широко распространиться.

– Воистину чем гаже существо, тем быстрее оно плодится. А многое ли изменилось за эти века в Алмазном Раю... Бастионе?.. Я еще не привыкла!

– Прежде всего, как ты уже заметила, у нас теперь Бастион! – воскликнула Латулла. – Мы окружены Алмазной Стеной! Она не в буквальном смысле алмазная, и ее почти не видно, но она там, и сквозь нее невозможно проникнуть!

– Что же, теперь титаны тоже сидят на острове безвылазно?! – ужаснулась Имрата.

– Сидели первые две тысячи лет! Потом Гальдар... ты же помнишь Гальдара?.. он нашел свой жребий в помощи смертным! Он оставил Алмазный Бастион – а следом стали оставлять и другие! Теперь у нас есть собственный абсолютный портал, Имрата! Мы сами его построили! Любой может в любую минуту отправиться в любое место мира!

– Да, я помню Гальдара... – медленно кивнула Имрата. – Он был совсем мальчишкой, ему было всего лет сорок... А теперь он гораздо старше меня, и у него жребий...

– Он погиб много веков назад, - покачала головой Латулла. – Но его жребий не пропал даром – у него остались последователи. У людей сейчас целый орден последователей Гальдара!

Имрата вздохнула. Люди подражают титанам. Ничего нового. Они даже говорят на титановой речи, называя ее парифатским языком.

– А как поживают другие из тех, кого я знала? – спросила она. – Как скоро окончилась война со смертными? Многие ли еще погибли?

– Я с трудом помню подробности, это было слишком давно! – крикнула Латулла. – Но я расскажу тебе о всех, о ком захочешь!

– Что сталось с кузнецом Макроденитом? – спросила Имрата. – Погиб ли он или все еще в здравии? Смертные рьяно охотились за ним, когда я... замерзла!

– Он в полном здравии! – порадовала ее Латулла. – Он здесь, в своей кузнице, и по-прежнему работает молотом! Попроси его – и он скует тебе новый меч, еще лучше прежнего!

– А что с твоим отцом, Диагроном? Жив ли он?

– Жив, но покинул Алмазный Бастион тысячи лет назад!

– Отчего так?! А как же его жребий?!

– Он не мог больше следовать ему здесь и ушел во внешний мир! Теперь он там следует своему жребию!

– Со смертными?! – ужаснулась Имрата. – Какой ужас! А жив ли Магеран? И Смордент?