Армстронг промолчал, погрузившись в беспокойные размышления. Вся сложность работы с Кэри заключалась в том, что он до последнего момента не говорил ничего о своих планах, — привычка, нервировавшая многих его подчиненных. Армстронг ломал голову над тем, как они будут переходить границу.

Повинуясь указаниям Кэри, он доехал до Иматры и остановил автомобиль перед входом в отель — большое беспорядочно спланированное здание со множеством мансард, башенок и куполов. Оно напоминало Армстронгу сказочный замок из диснеевского мультфильма.

— Ничего себе местечко! — пробормотал он.

— Это «Валтионхотелль», — сказал Кэри. — Построен в начале нашего столетия как символ новой архитектуры. Пошли.

Фойе отеля, выдержанное в старом консервативном стиле, было изысканно роскошным. Каменная резьба над парадной дверью изображала гротескных мифологических животных, стены были обшиты темными деревянными панелями. Кэри и Армстронг зарегистрировались и вошли в лифт вместе с портье, который нес чемоданы.

Открыв дверь, портье предупредительно отступил в сторону.

Кэри вошел в номер. Армстронг последовал за ним — через коридор в огромную круглую спальню.

— Моя кровать слева, — сказал Кэри, расплатившись с портье и отпустив его.

Армстронг огляделся по сторонам.

— Неплохо. Совсем неплохо.

— Для государственных служащих — все самое лучшее, — изрек Кэри. — Пошли наверх, выпьем чего-нибудь.

— Здесь есть второй этаж?

Они поднялись по широкой деревянной лестнице.

— Отель был построен в 1902 году, когда Финляндия была частью России, — объяснил Кэри. — Финны могут спорить по этому поводу, но факты остаются фактами. Иматра была местом, где развлекалась петербургская аристократия. В этом отеле останавливался сам царь — возможно, даже в нашем номере.

Они вошли в другую круглую комнату с окнами на четыре стороны. Здесь стояло с полдюжины легких стульев и длинный низкий стол с отлично отполированной крышкой. Кэри сразу же направился к бару-холодильнику, встроенному в стену.

— Похоже, мы находимся на вершине главной башни, — сказал Армстронг, выглянув из окна.

— Совершенно верно, — Кэри вытащил бутылку. — «Скане». Это шведский продукт. «Линнберг». Забавно, но норвежцы думают, что если их пойло съездит в Австралию и вернется обратно по лицензии, то его качество значительно улучшится. «Коскенкорва» — местная водочка. «Столичная» — а она какого черта здесь делает? Совсем непатриотично, я бы сказал. Ага, вот и пиво.

Армстронг повернулся и уставился на длинную батарею бутылок.

— Мы что, поползем в Россию на карачках?

Кэри подмигнул ему.

— Превратности метода. Нам нужно будет организовать кое-кому приятное времяпрепровождение.

— Ого! — Армстронг поднял полевой бинокль, лежавший на одном из подоконников. — Похоже, кто-то забыл его здесь.

Кэри, открывавший бутылку пива, энергично помотал головой.

— Нет, это часть здешней программы. В этот номер финны водят v.i.p., [7] чтобы немножко пощекотать им нервы. — Он взял стакан и подошел к Армстронгу. — Видишь вон те трубы?

Армстронг посмотрел на курящиеся фабричные трубы.

— Да, а что?

— Это Палец Сталина, — многозначительно сказал Кэри. — Светогорск!

Армстронг поднес бинокль к глазам. Трубы моментально увеличились в размерах: он мог различить даже отдельные кирпичи.

— Боже мой, — произнес он, — да это же фактически пригород Иматры!

Несколько минут он не отрываясь разглядывал окрестности, а затем неохотно отложил бинокль.

— Что вы там говорили по поводу Сталина?

— Палец Сталина — это местное название. После войны русские решили передвинуть границу и собрались на одно из своих совещаний. Светогорск, который в то время назывался Энсо, был славным индустриальным городком с развитой бумагоделательной промышленностью. Один из русских проводил ручкой по карте новую границу. Когда он дошел до Энсо, то увидел, что Сталин положил свой палец у него на дороге. Он посмотрел на Сталина; Сталин ему улыбнулся. Тогда он пожал плечами и обвел палец Сталина — таким образом Энсо и оказался в России.

— Старый ублюдок! — проворчал Армстронг.

— Садись, выпей пива, — предложил Кэри. — Я хочу обсудить с тобой процедурные вопросы. Посиди здесь, пока я схожу за чемоданчиком.

Армстронг взял из холодильника бутылку пива. Когда Кэри вернулся в гостиную, Армстронг указал на большую медвежью шкуру, висевшую на стене.

— Это шкура русского медведя?

— Все может быть, — Кэри мрачно улыбнулся. — Об этом я тоже собираюсь с тобой потолковать, — он сел и положил чемоданчик на стол. — Я реалист и поэтому называю Светогорск Светогорском, но когда мы будем разговаривать с финнами, этот город следует называть Энсо и никак иначе. Для них это в известной степени больной вопрос.

— Могу их понять, — заметил Армстронг.

— Ты еще ничего не понимаешь, — спокойно возразил Кэри. — А я околачивался здесь с самого начала службы, так что прислушайся повнимательнее к мудрым словам старика. В 1835 году человек по фамилии Леннрот собрал кучу народных сказаний и выпустил их в стихотворной обработке. Это называется «Калевала», финский народный эпос — первая крупная литературная работа в истории страны. Она сформировала основу современной финской культуры.

— Интересно. Но к чему…